Бой в Дыре. Её позорное командование. Тогда впервые закралась мысль, что делает всё неправильно, хотя и по правилам. Это чувство усилилось после просмотра видео и разноса, учинённого капралами. Не только ими! Даже курсанты, казалось, понимали происходящее лучше, чем она, графиня, золотая медалистка Императорской Школы. Понимали и брезгливо сторонились, словно чумной.

Потом застолье. Всем было что рассказать, кроме неё. Да словно и нет тут Марии Тушиной. Пустое место… Горькое чувство разочарования усиливалось и, наконец, затопило мутной волной, накрыв не только эмоции, но и разум.

Одна посреди пустыни, в которой вместо песка — пункты, параграфы, названия глав устава, инструкций, таблиц… И она погружается в них, не в силах сделать ни одного шага. А где-то там, на горизонте, стоит оазис, в котором живут и веселятся люди. И нет им дела до меня, чужачки во всём!

Жутко захотелось выпить! Впервые в жизни затуманить мозг, чтобы не видеть этой страшной картины.

Прихватив банку сока, улизнула с ужина. Пошла в ангары, где раздобыла клей на основе ацетона и этилового спирта. Ещё парочку необходимых ингредиентов добавила в коллекцию начинающего алкаша. Химические процессы для составления пойла сами собой всплыли в голове. Чётко исполнив всё, смешала полученную гадость с яблочным соком в банке и подключила свой Дар для усиления скорости реакции. Кажется, готово. Сделала первый глоток.

Б-е-е-е… Как же отвратительно! Но вместе с мерзопакостным вкусом, чуть не вывернувшим желудок наизнанку, пришла и какая-то внутренняя свобода. Она нарушила правила! Впервые в жизни! Грубо и беспардонно вышла за границы дозволенного! Как все!

Дальше пилось намного легче. Каждый глоток давал откровения. Сложные жизненные проблемы становились всё проще и проще, а все правила, вбитые в голову папашей, улетучивались со скоростью света. В какой-то момент захотелось танцевать. И ещё… заняться сексом! Всё равно с кем! Она такая классная и красивая, что никто перед ней не устоит!

С этой идеей пошла в сторону домика. Кажется, встретила этого Гогу. Разозлилась на него, что плохо целуется. Почему плохо? Не помню. Вообще ничего дальше не помню…

— Оживаешь? — без стука вошёл капрал Котяра, заставив ойкнуть и прикрыть грудь одеялом.

— Я…

— Не трепещи, Маша. Что я там не видел? Как голова?

— Плохо.

— Немудрено. Такое пойло даже слона с ног свалит. Держи таблетку.

Пилюля и ещё одна бутылка минералки окончательно поправили здоровье. Физическое, но не моральное.

— Господин капрал, как я здесь оказалась в таком неприглядном виде? И… я просто спала или ещё что-то было в этой комнате?