Компьютер.

Я подошел к столу с очередным полезным артефактом, нажал на кнопку. Экран ожил, заливая комнату холодным голубоватым светом. Несколько секунд – и я уже сидел перед клавиатурой, пальцы зависли над кнопками. Клавиши под подушечками отзывались мягкими, но уверенными щелчками. В моем мире пришлось мне бы идти в библиотеку, просить допуск к закрытым разделам, ждать одобрения наставника или тратить недели на чтение пыльных фолиантов. Здесь же – стоило ввести запрос, и знания сами текли на экран. Быстро. Безгранично. Пугающе удобно.

Реконструкция.

Фестиваль.

Ратуша.

Минск.

История.

Я вводил слова одно за другим, открывая тексты, просматривая картинки, читая статьи. Большинство информации было поверхностным: костюмы, бои, ремесла, развлечения. Для обычного путешественника этого хватало, но мне нужно было другое.

Подземелья Ратуши. Подвалы. Туннели.

Несколько статей упоминали, что под старой частью города действительно существуют подземные ходы. Большинство из них было засыпано или разрушено во время войн и перестроек, но некоторые, судя по чертежам, сохранились. И доступ к ним был ограничен не только бюрократией, но и, судя по упоминаниям в старых хрониках, «естественными преградами».

Но мне нужно было другое. Искал трещины в этой идеальной картине обыденности.

Я отвлекся от темы подземелий и переключился на другое.

Замки Беларуси.

Мир.

Несвиж.

Лидский замок.

Коссовский.

Картинки последнего замка заставили меня на мгновение замереть. В памяти всплыл смутный, едва уловимый образ: зубчатые башни, устремленные в небо, словно каменные пальцы, пытающиеся ухватить магию из облаков. Где я это видел? В старых, пыльных фолиантах Академии? Или, может быть, в одном из тех странных снов, что преследовали меня? Мысль ускользнула, словно рисунок на песке, подхваченный внезапным порывом ветра, но оставила после себя странное, щемящее чувство дежавю.

Открывая картинки старинных крепостей, я изучал архитектуру, гербы, символы. Большинство из них было знакомо: львы, орлы, мечи, короны. Типичная геральдика феодальных родов, такая же, как и в моем мире, только куда меньше магических знаков. В гербе моего рода, например, скрытая вязь Воздуха читалась при определенном угле зрения. Здесь же – чистая эстетика. Или так только казалось.

Но один герб привлек мое внимание.

Я приблизил изображение. Старинная печать, потрескавшаяся от времени. В центре – щит, а на нем...

Феникс.

Птица, восстающая из пепла. Крылья расправлены, голова гордо поднята, а вокруг – стилизованные языки пламени.

Мое сердце пропустило удар. Воздух в комнате будто сгустился, став тяжелым и сухим.