Я послушно менял выражение лица, вспоминая приемы, которым нас обучали на курсах дипломатического этикета. Умеренная надменность, легкая снисходительность, холодная вежливость. Что-то щелкало ритмично, как метроном.

– Стоп, стоп, стоп! – Егор внезапно подошел ко мне, размахивая руками. – Красиво, Лирен, но это скучно! Это портрет в газету, а не искусство! Давай экспериментировать.

Он, не стесняясь, сам развернул мои плечи, поставив спиной к огромному зеркалу.

– Обопрись о раму. Нет, не всем телом, только лопаткой. Расслабь руку, пусть она висит. А теперь посмотри на свое отражение, но так, будто видишь там своего злейшего врага. И не моргай.

Я выполнил просьбу, скользнув взглядом по своему отражению. Странный опыт – смотреть на себя со стороны, да еще и через призму чужого восприятия. Но я уловил суть. Чуть прищурился, позволяя воздуху вокруг себя стать слегка тяжелее и холоднее.

– Вот! – взвизгнул Егор. – Держи это! Боги, какой мужчина! Настоящий король Лир в годы своего могущества! Леша, свет налицо, давай тени! Сам бы Шекспир оценил!

Смена образа прошла быстро. Елена вновь нанесла тонкий слой пудры, и я вышел из-за ширмы. На этот раз на мне были светлые брюки и белая рубашка с небрежно наброшенным на плечи бежевым свитером.

Как только я оказался у окна, почувствовал странное облегчение. Ткань была легкой, не сковывающей движений. Воздух в студии казался более текучим, и моя внутренняя магия тихонько отозвалась, словно ветер, играющий в парусах.

– Стандартная серия, – бросил небрежно Егор. – Руки в карманы, смотри в окно. Ты аристократ на собственном паруснике, тебе некуда спешить, потому что весь мир и так лежит у твоих ног.

Я облокотился о колонну, чувствуя, как напряжение первых минут уходит. Это было похоже на прогулку по террасам родового замка перед утренним советом.

– Отлично, – кивнул мастер. – А теперь давай движение. Пройдись от окна к центру. Не как модель, Лирен, как хищник, который просто вышел на прогулку. И на полпути обернись, будто тебя окликнули.

Я сделал несколько шагов, стараясь не думать о том, как именно нужно переставлять ноги. Просто идти. И повинуясь инстинкту, обернулся через плечо, чуть приподняв бровь.

– Гениально! – захлопал в ладоши Егор. – Вот эта легкость! Вот эта небрежность! Ты не стараешься понравиться, ты просто есть!

В этот момент дверь вновь распахнулась, и в помещение проникли еще несколько дам. Некоторые были в возрасте, некоторые еще совсем юные, но их всех объединяло одно – жгучее любопытство, которое начало давить. Постаравшись не обращать на них внимание, я, повинуясь жесту Егора, вновь отправился в объятия Елены.