Последнее слово я старался повторить точно так же, как услышал от нее, когда она заходила в офис.

– Оно продолжается.

Отлично, я нисколько не сомневался, о чем не преминул сразу же рассказать, а затем повел девушку вглубь студии. Мара была такой уставшей, что захотелось бросить все свои обязательства, отвести ее домой и позволить хоть немного выспаться, но перед этим хорошо накормив. Я ведь даже не уверен, что она позавтракала. Если те сладости, что принес Егор, были единственной едой за сегодня, то неудивительно, что девушка выглядит такой изможденной.

Пока мы шли и я рассуждал, как скорее закончить со всеми делами, девушка поинтересовалась моими успехами на столь нелегком поприще, одновременно похвалив образ.

– Милая леди, – я вовремя опомнился, – Мара. Я не привык получать столь явные комплименты. У нас не принято, чтобы юные леди говорили такое мужчинам.

Я постарался как можно более тонко намекнуть девушке, что ее слова меня немного смутили. В ответ услышал только недоуменные вопросы и замаскированное хихиканье.

«Коварное создание», – мелькнула в голове непрошенная мысль, и я широко улыбнулся.

Пока Мара весело разговаривала с Егором и была рядом, я позволил себе слегка наклониться, вдыхая приятный аромат ее кожи, все маскируя тем, что хотел шепнуть, что опасаюсь мастера. Я многое повидал, но даже меня его прямо-таки настоящая одержимость своим делом вдохновляла и немного пугала.

Наконец, Егор, что-то придумав, вновь позвал меня под яркий свет ламп:

– Мой король, камера не любит ждать!

На недоуменный и вопросительный взгляд девушки я только пожал плечами, пояснив, что это как-то связано с Шекспиром.

– Король Лир, – кивнула она, явно поняв, в чем дело.

Я замер в свете ярких ламп, в позе, которую задал Егор, но краем глаза следил за Марой, которая смотрела на меня, одновременно что-то обсуждая с Еленой.

– Нет! – мастер резко опустил камеру, недовольно глядя на меня. – Это не то. Это мертвый аристократ, а мне нужен живой! Лирен, ты не стоишь – ты возвышаешься над смертными! У тебя десять минут назад это прекрасно получалось, что изменилось?

Я посмотрел на фотографа с вежливым, но холодным недоумением. Что-то изменилось? Нет, просто мне интересна реакция Мары на все происходящее. Ну, и слегка волнительно от ее внимательного взгляда. Мне неожиданно захотелось, чтобы она смотрела так только на меня. Но вслух, конечно, не признался. Я лишь чуть выпрямил спину, собираясь с мыслями.

– Давай, король, соберись, – выдохнул Егор, вновь поднимая объектив. – Забудь, что ты не один. Ты в своем замке. Ты на троне. И тебе плевать на всех, кто смотрит на тебя снизу вверх. Давай!