Вот хоть стой, хоть падай, «посетители ко мне», хмыкнул я. Просто эталон капитанства, хоть бы представил гостей… ну да ладно, не мой слуга, не мне его и наставлять. Под дверью от широты душевной не нагадил — и то хлеб.

— Приветствую вас, господин Стрижич, — подал голос парень.

— Мы к вам с рекомендациями от Ладомысла Ладыча, господин Стрижич, — в той же тональности подхватила девчонка.

— Стригор Стрижич, из Болотного Лога, — представился я, для начала.

Ребятки еле заметно, синхронно и в одних и тех же местах покраснели. Я аж залип на секунду, не то чтобы удивляясь, но так… любуясь даже, насколько они похожие. Занятно, на самом деле.

— Ладонеж Ладыч, студент Академии, сударь, — склонил голову парень, после чего произошла еле заметная заминка.

Судя по всему, переглянувшись, родственники определялись, кто продолжит быть «говорящей головой». Заминка ну совсем крошечная, не был бы я мной — хрен бы заметил. Но была, и роли не поменялись.

— И сестрица моя, Ладонежа Ладошна, студент Академии, — продолжил парень, тогда как девчонка совершила подобие книксена.

— Блага вам, Ладычи, — не стал зажимать блага я. — Пожалуйте ко мне, потолкуем.

Служки, как понятно, приглашение не касалось, так что он с мордой, переполненной чуйства выполненного долга, свалил вдаль.

А я завёл парочку в гостиную, думая о затейливых извивах в уме родителей этой парочки. Ну ладно — близнецы, бывает. И фамилиё у них, соответственно, родовая и одна — удивительно, но факт. Но вот одно имя — это уже явный перебор. Как ни крути. Хотя со стороны — кажется и логично, и изящно в чём-то.

Расположились на сидушках — этаких креслах-мешках, обильно уставлявших гостиную, чисто хозяйская мебеля, но, как выяснилось — довольно забавная, если туда с разбегу плюхаться. И мне, и девчонкам понравилось, в общем.

— С чем пожаловали, сударыня, сударь? — обозначил я лёгкими кивками собеседников.

— Дело в том, сударь Стрижич, что получили мы давеча, от Ладомысла Ладыча, — начал парень.

— Кузена нашего, — вставила девчонка.

— Довольно интересное послание.

— А в нём про вас, сударь Стрижич.

— Речь шла. О нужде вашей…

— Погодите, уважаемые. О какой, к лешему, нужде? — удивился я. — Не нуждаюсь я, хвала Стрибогу.

— Наверное я…

— Мы.

— Мы, неправильно выразились, сударь Стрижич. О желательной потребности вашей… Вот ведь заковыка, — задумался парень, да и выдал. — А давайте я вам послание обскажу, так толковее выйдет, а то — всё не то.

— Лучше я покажу, — выдала девчонка, вытаскивая из сумки-браслетика на руке листок.

Вставать мне было лень, так что подхватил я ветром протянутую бумаженцию, девчонке кивнул и вчитался в эту эпистолярщину. Благо была она вполне на бумаге, читаемая даже.