И направились мы домой. Вообще — диковато, но красиво. В смысле общего ощущения, как от песни, так и от вида. И девчонки глазами, как звёздочками, сверкают, хмыкнул я, оборачиваясь на едущих в бегуне девчонок.
А вот с подьячим… подумал я, да по приезду направил своему «социальному наставнику» Ладычу послание, на тему «срочно надо, отблагодарю». Как-то выяснять у домохозяйки, что за «опричный приказ», желания не было, мдя.
18. Паучья сеть
Наутро двоица Ладычей явилась с рассветом, причём вдвоём, невзирая на то, что обращено послание было к парню. Что в очередной раз подтвердило, что парочка эта идёт по стопам «богов-прародителей», во всех аспектах.
Собственно, момент, что они посещают разные лекции вразнобой, я выявил по гримасам неудовольствия. Им дискомфортно не быть рядом друг с другом, довольно забавный выверт. Вообще, интересно на ребяток посмотреть именно с точки зрения души. Вот серьёзно, вроде и разные люди, а вот как душевно — небезынтересно.
Я, конечно, удивлюсь, если это, например, один человек с двумя телами. Но не слишком, есть для этого масса предпосылок эфирного толка.
Впрочем, парочка, похоже, будет со мной не один месяц, так что успею. Пока моя души только шатать и кушать, даже толком непонятно — один раз я нямку потребил, или два. Или вообще — три… хотя нет, три — этого точно не было! Не желаю, и даже если так и было — не желаю знать, отрезал я.
На этом не самом приятном предположении, затолканным в самый уголок, кхм, души (и ещё потоптался по нему, на всякий!), я Ладычей в гостиную провёл, в мешочек с денюжкой потыкал. На что физиономии близнецов стали по-настоящему рассветными: бодрыми, внимающими и полными энтузиазизма.
— Первое, сударь Ладыч и сударыня Ладышна, — сложил я пальцы домиком перед мордой лица. — Вчера, на пороге Оперного Театра, случилась у меня презанятная встреча. Подошёл ко мне родович малого рода, признаться, незнакомого. Горичем назвался.
— Есть такие, сударь Стиржич, — покивали близнецы, ответив парнем.
— Давно земель не имеют, служивый род, — дополнила девица.
— Ну и леший с ними, мне признаться, до рода ихнего дела нет, — отмахнулся я. — В другом дело. Представился сей родович отменно нагло и оскорбительно! — аж воздел перст я. — Подьячим Опричного Приказа.
По физиономиям близнецов пробежала тень, показывая, что не местный юродивый нам к йоперному искусству приобщиться думал помешать. Ну в общем, как и предполагалось, мысленно хмыкнул я.
Вопрос ещё в том, что в беловодском языке куча «ложных друзей переводчика». Тьма-тьмущая, прямо скажем. Причём при общем «славянском» куча явных латинизмов и грецких слов, дойчизмов, франкицизмов… Намного меньше русского Мира Мороза, но хватает. Так вот, ну первое, что приходит в голову, при слове «опричный» — это гвардия Ивана Грозного, за свирепость егойную прозванного Васильевичем. Мётлы там, бошки собачьи и прочая стильная атрибутика.