— Да я и так, в общем-то, лезть перестал. Там в пыль надо деревья, землю и воздух перетирать, — озвучил я. — Только скажи, Тенетница — а как мы, по-твоему, должны «в сердце Пущи попасть»?
— Лихычи, Стригор. Пуща мирной будет, почти… Ну сам увидишь и поговоришь, время будет. Там часть тварей, — поморщилась Тенетница, — не поддаются. Мало таких, к счастью, но есть. Воздушный Владыка совладает, да и, надеюсь — без потерь, а то каждый год родовичей теряем.
В общем — Пуще меня скармливать не собирались, на что указала и парочка имперцев лет пятидесяти, такие, в возрасте уже, по-моему — супруги, хотя леший… нет, поминать этого товарища перед походом в Гиблую Пущу — не стоит, хоть и не суеверный я.
В общем, были в пуще не раз. Зачем нам тудыть — Tенетница отрезала «сам увидишь», но я, похоже, догадался. А на месте увидим.
И отбывать нам нынешней ночью, порадовала Тенетница, отпустив взмахом руки.
А я с Твёрдом и Тихой направился в какую-то жральню, где спутников стал теребить, на тему, а что за твари «не поддаются». Потому как жить, с чего-то, очень захотелось.
26. Пущная мануфактура
Общалась парочка со мной довольно благожелательно. Некоторое снисхождение проявляли, но такое, фоновое, скорее нормальное для полувековой парочки по отношению к семнадцатилетнему. Не чрезмерное и терпимое, скажем так.
А вот рассказы их мне… ну не то, чтобы не понравились. Но лешего я зря поминал, факт.
Итак, цель нашего путешествия, в плане «нахрена», парочка не раскрывала. То есть, Тенетница сказала «сам увидишь» — значит, сам увидишь.
— И вам, Стригор Стрижич, сие, если по совести, без разницы. Ваша задача — тварей убивать, нас и наших спутников оберегать, — выдал Твёрд.
— Хорошо, — не слишком довольно констатировал я. — Что за твари?
После чего началось перечисление, в ряде случаев которого мне приходилось уточнять. И спектр тварей не радовал. Например, та груда плоти, которую у меня взял только ледяной эфир, а только потом кислород — называлась «Глотка». И высоковероятно был, НЕХ этакий.
— А почему «Глотка»? — кисло полюбопытствовал я. — Я эту тварь прибивал, нет у неё никакой глотки!
— А потому и глотка, — понятно ответила Тиха. — С ярлом убивали, Стригор Стрижич?
— Да нет, до тех мест, где я Глотку встретил, ярло бы не дошло, — задумчиво протянул я. — Ярло, значит, возьмём?
— Ярло, алхимию боевую, — не менее задумчиво протянула Тиха. — Я думала, что преувеличивает Голова. И силы я в вас столь великой не чую, уж простите, Стригор Стрижич.
— Прощаю, — отмахнулся я, несколько повеселев.
Ярло — это хорошо. Потому что ту же Глотку без него мне воевать не выйдет, не раскрывая почти все мои козыри, чего не хочется.