Чемодан встретил меня с радостью. Выглядел он измученным и продрогшим: пытался почистить снег у капсулы в одиночку. И сразу, пользуясь удобным предлогом, пригласил внутрь — погреться. Я отказываться не стал. Капсула у него ничем не отличалась от моей, разве что биде не было. Зато снаружи, примерно в метре от двери, виднелись следы отхожего места.

Не самое разумное решение… Но какие у них были варианты, спрашивается? Все дамы Чемодана, кроме одной — серьёзной высокой брюнетки-спортсменки Сандры, которая пошла к военным, как и Прокачун — были тут. Меня встретили тепло и радостно. Видно, совсем заскучали в своём женском царстве.

Пока мы с Чемоданом грелись, мои снегоступы были клонированы. Было две пары — а стало четыре. В капсуле, к счастью, были запасы лапника, который и пустили на это дело. Так что к костру мы вышли вчетвером. К тому времени туда уже подтянулись все, кто мог. По краям оттаявшей поляны разложили ещё несколько костерков, плавивших снег. И вскоре места стало куда больше.

А затем подошли и остальные женщины из капсулы Чемодана. С кострами, в тесном кругу среди снега, было, пожалуй, даже уютно. Правда, жути навевали два трупа, лежавшие в отдалении. Однако все старались просто пореже смотреть в ту сторону.

— Ну что, все в сборе! — кивнул Сочинец, оглядев нас. — Вано и Трибэ притащили два трупа… Кто не знает, за участие в похоронах СИПИН даёт сорок баллов. Делит на количество участников. Понимаю, что удовольствие малоприятное, но это баллы! Кто не получил за снегоступы, или кому не хватает на отопление — выходим вперёд.

Вскоре команда могильщиков была набрана. Сандра, Прокачун, который, как оказалось, совсем не прочь был ещё прокачаться, а ещё Пикачу, «воробушки», Аня и Трибэ. А остальные принялись копать обводные канавы вокруг костра. То ещё удовольствие... Но это необходимо было сделать.

Солнце уже начинало пригревать, а снег постепенно таял. И могло так случиться, что вскоре чаша костра заполнится водой. Вот мы и работали, чтобы избежать подобной неприятности. Канавки решили увести от круга в сторону леса. Правда, снова пришлось пробивать дорогу в снегу…

Впрочем, для могильщиков тоже пришлось такую делать. Сами они не справились бы. В общем, работы хватало. Трудились все, не отлынивая. И прервались только ближе к вечеру, когда стало холодать, а снег перестал таять.

Ребята закончили копать могилы, и Сочинец собрал всех у костра. Не было только Костромы, но Дунай меня просветил:

— Она наверху… Сторожит, чтобы конкуренты не подобрались! Я её потом сменю.

— Что-то важное будет?