— Спасибо, кстати! — кивнул Чемодан.
— Спасибо! — согласился Трибэ.
— Ладно, где там труп? — спросил я, строя из себя кого-то другого: серьёзного и уверенного в себе.
Кем я, само собой, не был. Честно говоря, я и трупов-то в своей жизни почти не видел. Однако нельзя было показывать слабину.
Девушка лежала на валуне неподалёку от костра. При жизни была симпатичной особой: с тёмными вьющимися волосами, тонкими чертами лица и хорошей фигурой. После смерти стала просто трупом. Увы!
Раны на теле были, но только на запястьях. И выглядели они очень неприятно — неровные края, как будто разгрызенные, подтёки крови. Набравшись решимости, я протянул руку к губам покойной. Моя догадка подтвердилась: зубы у неё тоже были в крови.
— Жесть… Она сама себя так? — удивился Чемодан. — Зачем же…
— Шок, апатия, уныние… — проговорил я. — Может, хорошо жила на Земле. А может, семья осталась, или родственник какой, или любимый…
Будто в ответ на мои слова похоронно завыл ветер, проникая под одежду и заставляя ёжиться.
— Ладно, пошли к костру… — предложил я, увидев, что Чем и Трибэ уже дрожат от холода. — На свету проверим всё, а потом — похороним.
Когда они отвернулись, я незаметно вытащил из-за ворота последний пучок волосатого мха, взятый из капсулы. И обтёр испачканное кровью остриё копья. Не хотелось почему-то, чтобы Чем и Трибэ это видели… А когда вернулся — тут же выкинул окровавленный пучок мха в пламя. Но было ощущение, что этот почти случайный укол мне ещё припомнят…
В любом случае, первая кровь уже пролилась. И пролил её я. Если честно, от этого становилось немного гадко на душе…
Глава 14. Чересчур всякого
Дневник Листова И.А.
День третий, собрание у костра
Когда пришёл Сочинец — а он был первым из военных, кто проснулся — я честно поведал ему о происшествии. И о своей роли в том, что случилось. Не стал скрывать и того факта, что ткнул кого-то копьём в плечо.
— Да и хрен с ним, с кем-то! — неожиданно легко отмахнулся Сочинец. — Заживёт. А поступил ты правильно. Резко, но правильно. Хотя вообще… Надо было меня разбудить.
— Да я даже не знаю, какая у тебя капсула!.. Вы туда свалили, а я и не посмотрел, какой номер… — признался я.
— У меня сто восемнадцатая. Недалеко от тебя! — усмехнулся военный. — Я, кстати, тоже выходил в первый день. Но мы с тобой, видимо, в разные стороны ходили. Вот и не встретились.
— Ну это я тогда так… — я почувствовал, что краснею. — На наезд отвечал. Гопники-то наши точно по капсулам сидели.
— Ну эти-то да. Были бы посмелее, могли бы силой стать! — вздохнул Сочинец. — А так… Трусливая гопота нам досталась. Пойдём на тело поглядим.