Полчаса я так и лежал. То на спине, то на животе, то на боку. Долго валяться в одном положении не получалось: то рёбра начинали болеть, то позвоночник. Но главное — я начал согреваться!.. И, конечно, вставать с пола мне не хотелось: наверху воздух был ещё холодным.
Прервался я только на то, чтобы поесть. Пришлось истратить«Дневной приём пищи» , хотя до середины дня было ещё далеко. Однако я понимал, что моё единственное спасение — часто и много питаться. А с учётом того, что рацион разогревался при открытии, то после еды мне вообще «захорошело»…
Я снова лёг на пол и прикрыл глаза. Силы возвращались в моё измученное холодом и работой тело. А ещё у меня затягивались порезы на руках. Конечно, они и должны были затягиваться. Это вроде бы естественный процесс. Однако как-то уж слишком быстро... Выглядели они так, будто поранился я не час-два назад, а ещё вчера.
— СИПИН, а ваши эти модификации тела… Они включают улучшенную регенерацию тканей? — спросил я у инструктора.
— С чего ты так решил? — ответил тот.
— Мои порезы на руках слишком быстро затягиваются, — пояснил я. — Так обычно не бывает.
— Молодец! — похвалил СИПИН. — У первого поколения колонистов повышенная регенерация тканей.
— А жрать нам, получается, тоже больше надо? — хмуро уточнил я.
— Сегодня ты решил собрать все доступные баллы за догадливость, да? Тебе начислен балл. Да, есть вам придётся больше, особенно при ранениях… Гхм… Ты почему-то расстроен! — заметил СИПИН.
— Конечно, я расстроен! — возмутился я. — Порезы я бы и так как-нибудь пережил! А вот еду где брать, ума не приложу... Получается, я сейчас трачу дневной рацион на то, чтобы залечить простые царапины!..
— Ты ещё скажешь спасибо за регенерацию! — немного обиженно заметил СИПИН. — Потом…
— Если выживу, — хмуро добавил я.
— Если выживешь… Впрочем, у тебя шансы уже выше, чем у членов твоей группы. Радуйся! — посоветовал СИПИН.
— Ура… — тихо проныл я таким тоном, каким на похоронах прощаются с главным действующим лицом.
И мрачно посочувствовал остальным.
Глава 6. Чересчур улучшаемая
Дневник Листова И.А.
Позднее утро первого дня в новом мире
Сначала я расслабился, а потом, наконец, перестал дрожать. Воздух в капсуле прогревался, а вместе с ним прогревалось и моё молодое живучее тело. Однако это никак не влияло на то, что мозг всё ещё судорожно пытался найти выход из создавшегося положения. Всю жизнь-то в капсуле не просидишь. К сожалению…
Первым делом я переоделся. И для начала стянул с себя белое трико, успевшее замызгаться за время вылазки и обкалывания камней.