Теперь один из туристических рюкзаков тащили Вика и Мелкий, а второй — Борис с Натой. Сразу и причина задержки стала ясна: не потянули девушки тяжёлый груз. Вот и пришлось гопникам вес перераспределять.

Погоня появилась, когда мы уже бежали в распадке к своей промоине. Похоже, наши соседи всем скопом ломанулись бить морды любителям шопинга. Но, видимо, не сразу поняли, куда эти наглецы — мы, то есть — скрылись.

И только когда наши наглые морды, выскочив из леса, кинулись к своему обрыву, нас заметили. Да и то лишь потому, что рассвет начался, предательски подсветив местность.

Фора у нас была километра в два. И мы собирались ей воспользоваться по полной. Надо было добраться до родных капсул, сбросить груз — а потом встретить недругов так, как они встречали нас. То есть, всем вместе и во всеоружии.

Не знаю, правда, что другие по этому поводу думали.. На разговоры-то времени не было: мы бежали, как могли, и остро надеялись, что дыхания на этот марафон хватит. А ещё, что никто из нас ноги не переломает на пересечённой местности.

Пересекли тёмный распадок, вбежали в промоину и начали подъём. Соседи тоже не прекращали преследование. И расстояние между нами постоянно сокращалось. По всему выходило, что нагонят нас раньше, чем реализуется мой план...

Однако мир вокруг нас жил по своим правилам. И эти правила никак не учитывали мелкие человеческие разборки. Ручеёк под ногами окреп, набрался силы и чем дальше — тем более бурным становился. Мы-то из теснины внизу промоины выбраться успели, уходя в сторону от бурлящего потока...

А вот постепенно стихающие крики преследователей намекали на то, что им не так повезло. И за нами не успели, и из теснины в сторону своих капсул не смогли удрать. Когда мы поднялись достаточно, чтобы подойти к краю обрыва — все, даже гопники Туза, не сговариваясь, пошли смотреть.

Распадок превратился в озеро. Мутная вода, наполненная мусором, собранным в горах, медленно несла свои воды куда-то на запад. Распластав руки и ноги, как морская звезда, вдали плыл труп одного из соседей.

— Нехрен таким жадными быть! — прокомментировал Туз, опираясь на какое-то копьё. — Сами виноваты…

Сочинец нехорошо глянул на него, но ничего не сказал. И только в этот момент я наконец-то осознал, что трое гопников действительно держат в руках копья. С медными наконечниками. Выходит, они ограбили оглушённых часовых и забрали их оружие…

Отряд, по-прежнему разделённый на три группы, двинулся назад. Впереди опять шли мы, за нами — Туз и гопники, а за ними — Ника с двумя товарищами.