В нос ударил запах сохнущих валенок, махорки и мяты. В центре за дощатым столом сидел командир батальона аэродромного обслуживания в звании интенданта 3-го ранга.

— Андрей Николаевич, вам как всегда? — оторвался он от бумаг и улыбнулся мне.

— Думаю, никто не откажется, — ответил я.

Местный комбат был уже весьма солидного возраста, но обстоятельный хозяйственник. Он сразу же распорядился, чтобы нам принесли чай.

— Сегодня чай с мятой? — спросил я.

— Да. У местных взял. Хватит нам на всю зиму вас поить, — ответил интендант.

Пока ребята стягивали промёрзшие краги и сгрудились буржуйки, я прошёл в дальний угол.

Там, отгороженный плащ-палаткой, сидел радист.

— Товарищ старший лейтенант… — подскочил этот совсем молоденький сержант в сдвинутой на затылок ушанке, но я показал ему сесть.

— Что там? Есть что для нас? — спросил я.

— Пока нет. С Белева была только информация, чтобы вы продолжали работать по утверждённому плану.

— Хорошо. Передай на «Скобу», что к вылету идёт подготовка.

— Понял, — ответил сержант и начал отбивать ключом информацию азбукой Морзе.

Именно это я и Коровин пробивали в последние недели, особенно перед началом наступления. Зачем проходить огромный круг согласования по всем штабам, чтобы вылететь на прикрытие штурмовиков? Тем более что идёт продвижение наших войск, а значит, нужна скорость передачи информации.

Поэтому с помощью здравого смысла и нескольких часов выслушивания от командующего ВВС «тёплых слов», нам позволили работать по плану действий и не получать разрешения через долгий путь прохождения команды.

Нам просто дали частоту, и мы по ней связываемся со штурмовым полком. Естественно, не открытым текстом, а с помощью переговорной таблицы. Такая есть у нас, и у «горбатых» в штабе.

Сержант мгновенно «отстучал» на ключе сообщение морзянкой.

Я ещё не успел и глотка чая сделать, как радист доложил, что штурмовики информацию приняли и передали, что тоже ведут подготовку.

Самолёты были готовы через полчаса, и эту информацию передали нашим коллегам. Я же слегка задремал, и меня разбудил связист, передавая короткое сообщение от «горбатых».

— Товарищ старший лейтенант, вот сообщение: «Режим 1. Точка 3.».

— Понял. По самолётам, — скомандовал я, и все лётчики из землянки потянулись к выходу.

Это сообщение означало, что лётчики штурмовиков пошли к самолётам на вылет. А «точка 3» означала условное обозначение точки встречи с их группой. В этом случае это была небольшая деревня в 12 километрах от Хотинца. Большей информации нам и не надо.

Штурмовики свой маршрут знают, а мы их просто сопровождаем по ходу наступления нашей 10 армии.