Уж больно понравились начальнику генерального штаба успешные действия штурмовых групп НКВД при прорыве польской границы! Но погранцы в большинстве своем действительно лучше обучены и оснащены стрелковым оружием, чем обычные пехотные части. У них и подготовка по рукопашному бою включает не только штыковой бой, но и разделы из САМОЗ Спиридонова, и боевые гранатометания проводятся регулярно, и в отличие от армии, НКВД не отказалось от пистолетов-пулеметов… Плюс снайперов в погранвойсках готовят на совесть — и по службе последним порой приходится реально использовать свои навыки.

С другой стороны, на погранзаставах нет ни собственной артиллерии, ни танков, о чем вполне справедливо заметил нарком. В итоге-то Берия с формированием новых частей согласился — но затребовал для них не только легкие «сорокапятки» и полковушки, но также и дивизионные трехдюймовки, и гаубицы, и зенитную артиллерии… Кроме того, Лаврентий Павлович не считал, что концепция «пехотного» танка потеряла свое значение. Да, немцы уже продемонстрировали в Польше, что их панцерваффе лучше всего воюют мощными механизированными кулаками, прорывающими оборону противника на узком участке фронта — и устремляющимися глубоко в тыл противника… С этой целью в СССР и была разработана линейка «быстрых танков». Однако что делать с тысячами тихоходных Т-26 — ничем не уступающих по вооруженности той же БТ? Раз уже создана боевая машина пехотной поддержки, то почему бы не использовать ее именно в пехотных частях как средство усиления? Вот Берия и запросил в каждую из формируемых дивизий «оперативного реагирования» по полнокровному батальону Т-26 с зенитными ДТ на турелях… Впрочем, нарком не сомневался и в другом — как только дивизии появятся не только на бумаге, их используют в качестве резерва сражающихся армий.

Конечно, не везде было так сложно, как в районе Бреста — к примеру, на южном участке фронта комбриг Белов нанес свой контрудара. Ровно в десять часов утра… Время было выбрано не случайно. Понимая превосходство немцев в возможностях радийной связи, отдельные подразделений 5-го кавалерийского корпуса и приданной ему 26-ой танковой бригады ударили одновременно — на разных участках шоссе Стрый-Станиславув и прилегающих к нему грунтовых дорогах… Цель этой единовременности — не дать атакованному противнику упредить камрадов о засадах.

И стоит отметить, Белову все удалось. Особенно успешными вышли удары по пехотным колоннам врага — обстрелянным на марше шрапнелью, а затем и из станковых «Максимов». Последние били из замаскированных засад, а иногда и с пулеметных тачанок — что лихие кавалеристы старались подогнать поближе, а затем круто развернуть к врагу… В последнем случае разгром противника бойцы Белова довершали в конном строю. Но если было возможно, комбриг старался замаскировать ячейки пехотинцев поближе к дороге так, чтобы везти по немцам прицельный пулеметно-ружейный огонь.