Джонсон оперся на заботливо подставленное плечо, но так и не смог спуститься с байка, пока ему не помогли. Кеннеди вдвоем с Гризли буквально подняли на руках долговязую фигуру, поставили на землю и поддерживали, пока бедняга не пришел в себя.

— Все в порядке? — поинтересовался я.

— Похоже на то. Если вы оба не поймали пулю и не свернули шею — все не так уж плохо, как могло бы быть. — Нелли несколько раз подпрыгнула на месте, разминая затекшие конечности. — Похоже, господин президент просто отсидел задницу.

— Просто отсидел задницу? — сварливо отозвался Джонсон. — Доживите до моих лет, юная леди! Пять сотен миль на этом… железном чудовище! Удивительно, как мы все еще живы.

— Не все. — Нелли недобро сверкнула глазами. — Сегодня не только у вас был тяжелый день, господин президент. Мы тоже потеряли друзей.

Четырех из банды. Из дюжины байков, удравших от федералов в Вашингтоне, до назначенного места на заправке за Элкриджем добрались всего восемь. Мы ждали почти целый час — но остальные так и не приехали. Конечно, я еще мог надеяться, что парни просто укрылись где-то в городе, удрали по шоссе на юг, не отыскав другой дороги, бросили мотоциклы, поломались, остались без бензина или просто не успели и теперь тоже едут сюда, в Барнстейбл, только позже…

Но Нелли, похоже, видела чуть больше меня.

— Да, конечно… простите меня, мисс. — Джонсон виновато склонил голову. — Соединенные Штаты в долгу у ваших людей — как и я лично. Соболезную вашей утрате и должен…

— Оставьте слова на потом, господин президент, — буркнула Нелли. — Мы добрались — и это главное.

— Значит, твоя семья живет здесь? — Я огляделся по сторонам. — И который из этих домов — твоего отца?

Мы остановились на крохотной площади круглой формы… Впрочем, скорее это было просто кольцо из асфальта с звездно-полосатым флагом посередине, расположившееся в конце узенькой улочки, выходившей к морю. Волны плескались о берег в какой-то полусотне метров от мотоциклов, а перед ними я разглядел желтовато-серую полоску песка. Сейчас, в конце октября все это не слишком-то напоминало пляж, но летом побережье Атлантики даже в этой части страны наверняка превращалось в самый настоящий курорт.

Похоже, семейство господина сенатора в свое время урвало себе лакомый кусочек.

— Вот этот. Здесь я вырос. — Кеннеди указал на ближайший дом. — А вот этот, через дорогу — наш с Этель. А чуть дальше — дом Джона… но сейчас там, кажется, никто не живет. А за ним…

— Почти как у нас, в России, — усмехнулся я. — Вы что, скупили весь город?

— Нет… только небольшую его часть на юге. Отец построил поместье, когда земля здесь стоила куда дешевле. — Кеннеди улыбнулся. — Может, Барнстейбл и не лучшее место в мире, но мне здесь нравится. Особенно после того, что мы пережили прошлой ночью.