Сам король встречать меня, конечно, не стал, но послал целую делегацию во главе с премьер-министром Петером Бангом и камергером Оскаром Рердамом, выразивших всеобщий восторг и бурную радость от моего прибытия и последовавшего затем поражения британцев. Кажется, сэру Томасу удалось не просто настроить датчан против себя, но вызвать всеобщую ненависть, которую никто и не думал скрывать. Воспоминание о Кокрейне сразу испортило мне настроение, ведь еще вчера…

Надрывающий машину «Константин» никак не мог нагнать «Виктора-Эммануила». Разумеется, англичане прекрасно видели мой штандарт и понимали, кто именно преследует их флагман, но категорически не желали принимать бой. Напротив, их линкор постепенно разгонялся и расстояние между нами начало понемногу увеличиваться. Единственным способом остановить противника, было попытаться сбить ему ход из единственного на моем корабле нарезного орудия — «Баумгарта № 2» на поворотном станке. Правда для этого следовало немного изменить курс, из-за чего дистанция начала расти еще быстрей.

Самым результативным, как ни странно, оказался первый выстрел, снесший вражескому флагману одну из рей. Остальные же, хоть и поднимали высокие всплески рядом с неприятелем, так и не смогли поразить его. Между тем, вырвавшийся далеко вперед «Константин» остался совсем один. А вот британцев, помимо «Виктора-Эммануила», было еще двое: 90-пушечный «Колоссус» и 15-пушечный шлюп «Круизер».

— Ваше императорское высочество, — озабоченно обратился ко мне Беренс. — Мне кажется, в данной ситуации было бы разумнее отойти к нашим главным силам.

— Ни в коем случае!

— Но противник значительно превосходит нас в артиллерии!

— Не совсем. У них ведь нет нарезных пушек? Но ты прав, нам не нужно слишком уж сближаться. Держи их на расстоянии и долби, пока не лишишь хода. Затем подойдут наши, и можно будет поговорить по другому.

— Слушаюсь, — отозвался капитан первого ранга и отправился отдавать распоряжения.

Судя по озабоченному лицу, ему не слишком понравилась эта идея, но возражать не посмел.

— План не дурен, — едва слышно заметил Краббе. — Но что будем делать, если запоздает?

— Полагаете, командиры наших кораблей оставят великого князя один на один с врагом? — фыркнул Попов. — Воля ваша, Николай Карлович, но таких дураков среди них нет!

Судя по всему, Кокрейн и его капитаны тоже обратили внимание на изменившуюся обстановку и тут же решили взять реванш. А быть может, изначально рассчитывали на подобное развитие событий. Дальнейший бой превратился в своеобразную игру. Англичане пытались подойти ближе, чтобы взять нас в два огня, мы же в свою очередь держали дистанцию, чтобы не дать им воспользоваться своей многочисленной, но недальнобойной артиллерией.