В этот раз Юонг замолчал надолго, минут на пять. Мне показалось даже, что дружок банально закемарил под мой монолог — но тут капитан меня удивил, негромко пробормотав:
— Ну, раз вождь свой выбор сделал — тогда конечно, молись. Нам сейчас любая помощь сгодится…
И то верно. Бой впереди по-прежнему кипит — а долина внизу по-прежнему набита подкреплениями американцев.
Хоть бы наши продержались до темноты…
Глава 11
19 октября 1950 года от Рождества Христова. Округ Хванджу, провинция Хванхэ. Горная система Тхэбек южнее Пхеньяна.
Майор Михаил Кудасов, военный советник при Корейской народной армии.
…Бой гремел весь день; потеряв еще пару танков и несколько БТР, янки откатились. Огонь крупнокалиберных пулеметов с бронетранспортеров, в теории, мог поддержать атаку американцев — а может, они решили сделать самоубийственный для десанта, но нестандартный ход, подкатив солдат к вражеским позициям прямо на броне? Как бы то ни было, бронетранспортеры в считанные мгновения подожгла неподавленная артиллерия корейцев; врагу не помогла даже штурмовка наших позиций реактивными самолетами! Кроме того, янки и бритты попробовали обойти заслон КНА с флангов — что весьма непросто, учитывая сложный рельеф местности.
Маневр противнику ничего не дал — обходных путей в тыл отважным корейцам, словно триста спартанцев закрывших собой дорогу в узкой горловине долины, не нашлось… Впрочем, тут надо понимать, что такое подвиг трехсот спартанцев царя Леонида. Ведь это вовсе не продолжительные бои в Фермопилах, где в реальности встало все войско Спарты и некоторых ее союзников, нет! Это уже заключительный этап трагедии, когда небольшой отряд оставленных в прикрытии воинов («священный отряд»?) во главе с царем задержали врага, пожертвовав собой, но позволил соратникам оторваться… В сущности, корейское прикрытие повторило именно этот подвиг древних греков — надеяться, что наши сумеют столь же стойко сражаться на изрытых бомбами позициях еще один день, увы, не приходилось…
Особенно отчетливо я это понял, оказавшись на этих самых позициях — увы, лишь ближе к рассвету мы с группой смогли переместиться вперед, покинув занятую противником долину и ползком миновав нейтральную зону, заваленную трупами янки и бриттов. Ну, как заваленную — навскидку где-то около трехсот человек потерял враг, не считая танковых экипажей и смертников, брошенных в бой на броне БТР! Те сгорели вместе с громоздкими полугусеничными машинами…
Но позиции наши оставили. Тела павших эвакуировать не удалось; с учетом того, что основные потери корейцы понесли во время ударов с воздуха и от огня танковых пушек по батареям (в первые минуты боя), посчитать погибших защитников невозможно. Может, с сотню, может и чуть больше… Разбитые вражеским огнем орудия никто вывозить не стал — но и найти среди них хоть одно исправное для стрельбы через ствол я не смог; целых панорам противнику никто, естественно, не оставил. Да и уцелевших снарядов среди кучи стрелянных гильз я впотьмах сумел найти только две штуки.