Я кивнул, насколько позволяло узкое пространство. Ловушка, в которой нас зажало, не предполагала свободных движений. Сейчас я откупорю проход, и нам придётся извернуться, чтобы выползти наружу. И то не факт, что за деревянной перегородкой есть проход. Но не сидеть же сложа руки?

Второй разрез почти дошёл до двух третей доски, и я убрал пламя. Вместо этого усилил собственную руку и, вцепившись в обломок, поломал преграду. Треснувшее дерево отвалилось в сторону. Лёжа на спине с запрокинутой головой работать было неудобно, так что кусок доски я затолкал в ближайшее свободное место.

— Проход свободен, ваше императорское высочество, — шёпотом сообщил я. — Теперь мы поползём вперёд.

Ей тоже было видно, что там впереди. И что лёгким путь не будет, Долгорукова поняла прекрасно.

Маг, пытавшийся нас раздавить вагоном, создал ловушку метров трёх толщиной. От самого вагона осталась стена, на которой мы лежали, да кусок пола. Всё остальное было спрессовано в мешанину из материалов отделки, смешанных с покорёженными обломками корпуса. И, кажется, я увидел свой запасной китель, который мои люди оставили в вагоне на случай необходимости переодеться. Во всяком случае, клочок зелёного рукава там точно мелькнул.

— А теперь двигаемся по очереди, — предупредил я. — Заранее извиняюсь, Дарья, но это будет выглядеть очень неприлично.

Учитывая, как тесно мы друг к другу прижаты, да ещё практически отсутствие одежды на девице… Ситуация компрометирующая, в общем.

— Я первый, — предупредил я, прежде чем начать движение.

Ползти на лопатках было неудобно, однако я потратил немного сил на укрепление мышц, так что толчок вышел неплохим — наследницу престола, лежащую на мне, приподняло. Глаза Дарьи расширились, но она сумела удержать себя в руках.

— Теперь вы, переставляйте ноги выше, — дал команду я.

Бой снаружи разделился на отдельные перестрелки. Видимо, магия нападавших одарённых себя исчерпала — защитники явно старались не наносить сопутствующего ущерба. И, чёрт возьми, возможно, только это нас до сих пор и спасало.

Мы ползли, двигаясь по очереди. Каждый сантиметр давался всё сложнее — плотность сплющенного вагона вокруг нас увеличивалась. И мне ещё трижды пришлось раздвигать усиленными руками наваленные преграды.

— Ты такой сильный, Ваня, — удивлённо произнесла Дарья, когда я голыми руками согнул толстую трубу отопления.

— Это магия, — ответил я.

Мы проползли уже почти до самого выхода, когда прямо передо мной появились тяжёлые ботинки.

— Выжила, сучка? — хрипло произнёс мужской голос, и в дыру, через которую я смотрел на мир, сунулось лицо в балаклаве. — Щас исправим.