Я же обернулся назад, готовый встречать спешащих к нам врагов.
Силы у меня ещё хватало в избытке. Дарья Михайловна была в безопасности и под охраной. Так что можно было и поработать немного по профилю.
— Раненые есть? — выкрикнул я, не спеша подниматься в вагон.
— Нет! — ответил изнутри голос Семёна, приставленного матушкой ко мне в качестве сопровождающего.
Он, может быть, и не самый лучший слуга, зато отличный стрелок. И, чёрт возьми, если это нам сегодня не пригодится, я сожру собственный галстук.
Больше не тратя времени, я рванул навстречу ближайшей группе врагов. В мою сторону полетели первые пули, но они лишь рвали одежду, не причиняя мне ни капли вреда. Зато стоило этим тварям попасть в зону действия моего дара, как они завопили от боли.
Хватит. Я слишком долго был добрым. Пора показать ублюдкам, что лучшие в мире целители — лучшие в мире палачи.
Глава 9
Под крики нападавших я промчался мимо и на бегу схватил первого попавшегося за лицо. Мужчина истлел за мгновения, придав мне новых сил. И я понёсся к следующей группе, которая уже вступила в схватку с тремя уже ранеными гвардейцами.
Верные трону бойцы к этому моменту разделились по всему полю — часть добралась и взяла под контроль первый вагон с Анной Павловной. Вторая половина прорывалась к шестому, где я спрятал Дарью Михайловну. Но противники тоже не дремали, пытаясь подавить сопротивление охраны Долгоруковых. Эта троица как раз попала под обстрел, и успела оросить своей кровью траву.
И тут появился я.
— Лежать! — приказал я, выпуская вместе с голосом собственный дар.
Зелёное свечение вырвалось изо рта, как драконье пламя. Попавшие под него враги рухнули как подкошенные, а вот гвардейцы наоборот приободрились. Немного напряжения воли, и поверженные противники заорали от боли — на их телах появлялись раны. Те самые раны, которые уже успела получить гвардия. И теперь они со своими врагами менялись состоянием тел. Я перенёс повреждения с одних на других.
Компенсация. Прадед её изобрёл, когда на войне был, и до сих пор она никому не давалась больше.
До этого дня.
Усиливать мучения врагов уже не требовалось — сориентировавшаяся гвардия наскочила на них и, обезоружив, повязала. Я кивнул одному из них в сторону шестого вагона.
— Там Дарья Михайловна, защищайте.
Не дожидаясь ответа, я рванул дальше. Вдалеке заревели двигатели тяжёлой техники — к месту аварии подтягивались военные машины. Когда они до нас доберутся, я ждать не стал, а рванул дальше.
И в этот момент в меня с неба ударила молния. На мгновение я ослеп, оглох и потерялся в пространстве. Вся накопленная сила испарилась в миг, но защитила меня от повреждений.