— Добрый день! Что изволите?

Катя, разглядывая меловую доску с меню, оживилась:

— О, беляши! И компот вишнёвый! Дайте, пожалуйста, два беляша и компот. И… ватрушку, — решительно добавила она.

— Два беляша, компот, ватрушка, — подтвердила официантка, записывая в блокнотик. — Вам, товарищ военный?

— Пожалуй, тоже беляш и чай, — кивнул я. — Чёрный, крепкий.

— Будет сделано.

Пока ждали заказ, я смотрел на Катю. Солнечный свет из окна играл в её каштановых волосах, выбившихся из-под аккуратной шляпки. Она сняла перчатки и принялась постукивать по столу, поглядывая в сторону кухни.

— Ну, рассказывай, — она положила подбородок на сцепленные руки и посмотрела на меня с ожиданием. — На сколько дней курсант Громов поступает в моё распоряжение?

Я хмыкнул.

— Каждый день после занятий я твой. Но утром у меня полёты или теория. Иногда до обеда, иногда дольше. Но вечером я буду выходить в город.

Катя понимающе кивнула и слегка задумалась.

— Поняла, — проговорила она и, лукаво стрельнув глазками, добавила: — А чем займёмся в эти драгоценные часы? Волгоград я почти не знаю. Музей? На Мамаев курган сходим? Или просто гулять?

Я откинулся на спинку стула.

— Например, на завтра вечером, — проговорил я с деланной небрежностью в голосе, — я уже кое-что приготовил. Я купил билеты в театр. «Трёхгрошовая опера».

Эффект от сказанного превзошёл все мои ожидания. Катя ахнула, всплеснула руками, чуть не опрокинув стакан с водой.

— Не может быть! Брехта⁈ Серёжа! — Она схватила меня за руку поверх стола, её глаза сияли невероятным восторгом. — Ты даже не представляешь, как я хотела её увидеть! Как ты умудрился? Говорят, билеты практически не достать было! — Она негромко захлопала в ладоши, затем, оглянувшись, смущённо опустила их, но счастье с лица не исчезло. — Я так рада. Спасибо! — Она поднесла ладонь к губам и послала мне через стол лёгкий, почти незаметный воздушный поцелуй. — Это чудесная новость!

Подача беляшей и напитков ненадолго прервала наш разговор. Ароматные, с хрустящей корочкой, они выглядели очень аппетитно. Катя с упоением принялась за еду, подтверждая свои слова о голоде.

— А ещё, — сказал я, отламывая кусочек своего беляша, — меня ждёт одно спортивное мероприятие на днях. Бег. Кросс. Я узнаю, пускают ли на стадион родных и близких. Если да — приглашаю.

Катя проглотила кусок, вытерла губы салфеткой и посмотрела на меня как-то по-особенному серьёзно.

— Обязательно приду! — сказала она. — Конечно, приду! С удовольствием поболею за моего чемпиона, — она подмигнула.

Я фыркнул, отхлёбывая горячий чай.