На втором витке полёта второй пилот лётчик-космонавт подполковник Леонов Алексей Архипович в специальном скафандре с автономной системой жизнеобеспечения совершил выход в космическое пространство, удалился от корабля на расстояние до пяти метров, успешно провёл комплекс намеченных исследований и наблюдений и благополучно возвратился в корабль.

С помощью бортовой телевизионной системы процесс выхода товарища Леонова в космическое пространство, его работа вне корабля и возвращение в корабль передавались на Землю и наблюдались сетью наземных пунктов'.

Хоть я и знал практически наизусть каждое слово этой статьи, хоть и видел архивные записи этого подвига не раз и даже не раз сам бывал в космосе в другой жизни, но здесь и сейчас я ощущал то же радостное волнение, что и все, кто сидел и стоял рядом. Эмоции были настоящими, глубокими, идущими из самого сердца.

Я передал газету следующему, поймав взгляд Зотова. Он сиял, как начищенный пятак, и улыбался во все тридцать два зуба. Это он ещё видео не видел…

После того как с газетой ознакомились все, свет в комнате погас, и включили проектор. Гул в комнате стих, наступила тишина. На экране замелькали кадры, снятые кинокамерой, установленной на обрезе шлюзовой камеры «Волга».

На двенадцать минут все присутствующие затаили дыхание и впились взглядами в мерцающий экран. Вот он, Леонов, в белоснежном скафандре, осторожно выплывает из шлюза в чёрную бездну космоса. Вот он отталкивается, медленно удаляясь от корабля. Вот он машет рукой в необъятную пустоту.

В комнате раздались сдавленные возгласы восхищения, кто-то от избытка чувств шлёпнул ладонью по колену, и на него тут же зашикали.

Но где-то на седьмой минуте записи, там, где, как я знал из будущих интервью самого Леонова, начались реальные проблемы, настроение в Ленинской комнате резко изменилось.

Картинка на экране говорила сама за себя, даже без комментариев. Леонов совершал странные, резкие движения, пытаясь развернуться. Было видно, что ему невероятно сложно, что он борется с непослушной, раздувшейся оболочкой скафандра и не может втиснуться обратно в шлюз.

Комната наполнилась тревожным шёпотом. Курсанты невольно подались вперёд, к экрану, переглядывались, обменивались короткими репликами с соседями: «Что случилось?», «Застрял?». На лицах читался немой вопрос и нарастающая тревога.

Затем кадр сменился. На этот раз Леонова и вовсе не было в кадре, и на плёнке зафиксировались потрясающие виды Земли из космоса — белоснежные вихри облаков, синева океанов, коричневые пятна материков. Красиво, но… где космонавт? Шёпот стал громче.