— Сегодня созванивался с Киевом, Леонид Буряк, Олег Блохин и Сергей Балтача на сбор в Тбилиси не приедут, — сказал «дед». — Лобановский попросил ребят не трогать, так как они готовятся к матчу на Кубок УЕФА.

— Жаль, — проворчал я, встав с кровати. — Балтачу давно пора попробовать в центре обороны. Да и Буряку неплохо бы было поиграть с нашей полузащитой. Однако если мы сейчас настоим на своём, то нас потом обвинят во всех смертных грехах. Дескать, это «Спартак» не дал киевскому «Динамо» пройти, — на этих словах я взял в руки «Советский спорт», где написали об итогах жеребьёвки к Кубку УЕФА, — пройти софийский «Локомотив», который в чемпионате Болгарии ползёт на третьем месте с конца.

— С чего ты решил, что Киев не пройдёт болгар? — крякнул Старостин.

— Логика, Николай Петрович, — я постучал себя пальчиком по голове. — Игры у Киева нет, все парни еле ноги по полю волочат, потому что человеческие физические и моральные силы не бесконечны. А без физики киевское «Динамо» не играет.

— Кхе, — кашлянул «дед», — в общем, это всё лирика. Кого предлагаешь вместо них вызвать?

— Чанов и Старухин из «Шахтёра», Бубнов из московского «Динамо», — пожал я плечами. — Кипиани, Дараселия, Чивадзе из Тбилиси, Хорен Оганесян из «Арарата».

— Эти все уже давно вызваны, — от нетерпения зашипел Николай Петрович.

— Остальные из «Спартака»: Шавло, Гаврилов, Черенков, Заваров, Хидиятуллин, Пригода и я, — улыбнулся я.

— С вами и так всё ясно, — прорычал он. — Я тебя языком Пушкина и Толстого спрашиваю, кого вызывать вместо киевлян?

— Ну как кого? — я скорчил серьёзное лицо. — Морозова, Позднякова и Родионова, вон они как сегодня знатно потрепали одесский «Черноморец». И потом парни прогрессируют не по дням, а по часам. Пусть побегают со сборной. Им будет полезно.

— Значит, предлагаешь вызвать мелкотню? — крякнул «дед». — А с другой стороны — нехай, будут у меня в Тбилиси под присмотром. Что делать с вратарём, как считаешь?

— Виктор Чанов сейчас в хорошей форме, — задумчиво пробормотал я. — Лёшу Прудникова можно взять на замену, а Рината Дасаева, если он полностью здоров, можно взять на всякий пожарный случай.

— Ну, кхе, я примерно так и думал, — закивал Старостин, пожав мне руку и оставив в гостиничном номере одного.

Поэтому я вытащил из тумбочки шахматную доску и ещё раз в спокойной обстановке расставил на ней восемь белых фигу и три белые пешки. «Ферзь — это центрфорвард либо Кипиани, либо Старухин, — подумал я, выставив его вперёд. — С полузащитой всё понятно, так как наша полузащита работает как часы. Далее защита, — я расставил на последней параллели одного слона и две ладьи, — в центре Бубнов, справа Пригода, слева Чивадзе. Смогут ли они удержать мощных и атлетичных немцев? Не факт, совсем не факт. А может быть, сходить так…».