это необходимо. Что это ради высшего, мать его, блага! Она поверила в это тогда и верила до последнего, пока Константин не помешался на своем величии и гребаных экспериментах. – Я просто уточню, – вставил Питер, – все это тебе подсказали твои… видения? – Да, и иди к черту, Пит, – больше устало, нежели раздраженно отрезала Мария, – можешь насмехаться сколько угодно, но я знаю, что вижу, хоть и не могу… не могу объяснить почему. – Но если ты не можешь объяснить, почему и каким образом видишь воспоминания Анны, как ты можешь быть уверена, что они настоящие? – осторожно уточнил Алик. – Никак, – ответил за нее Кристиан. Он обернулся к Марии, и на мгновение Даниилу даже показалось, что в его взгляде промелькнуло сочувствие. – Я не знаю, что с тобой творится, Эйлер, но не буду скрывать, что меня это пугает. – Как и всех нас, – почти пропел Питер. – Я это понимаю, – кивнула Мария. – Но куда важнее, что теперь у меня есть несколько предположений, где может находиться Вениамин, и мы знаем, что ему нужно и чего он добивается. Диспенсеры, – она указала на Кристиана, после чего перевела палец на себя, – Понтешен, Деванширские, Антеро, Далми – вот кто ему нужен. Поэтому он в числе первых агитировал Антеро и Далми присоединиться к нему, поэтому он охотится за Кристианом и Андреем – ему нужны выжившие потомки «Нового света» и их кровь. Константин пытался воссоздать Десять, но сошел с ума прежде, чем все завершил. Нозерфилд пытается закончить его дело. Воскресить Десять, чтобы установить свой порядок. – Nari del fag’eri das. Да восторжествует свет истины, – пробормотал Лукас, закрыв лицо ладонями. – Я понятия не имею, что там видит Мария, но то, что она говорит, имеет смысл. – Это не имеет никакого смысла, пока единственный источник информации – это ее собственные галлюцинации, – выразил общее мнение Питер. – Закрой рот, Пит, – осадил Андрей. – Даже если ты и вправду каким-то образом видишь воспоминания Анны… – начал Алик. – Это не воспоминания Анны! – процедил Кристиан, окончательно выйдя из себя. – Анна умерла полтора века назад! И мы не имеем ни малейшего понятия, как с ней связана Эйлер и что, черт возьми, творится у нее в голове с самого Мельниса! Мы не будем ничего делать, пока не поймем, что с тобой происходит, – отрезал он, обратившись к Марии, – что именно ты видишь, почему и как все это на тебя влияет. Андрей поднялся со своего места и таким образом оказался между ними, закрыв собой Эйлер. – Это решать не тебе, – сообщил он Диспенсеру. – Это решать всем, Эндрю,