простонал и склонился ниже. Кровь болезненно пульсировала в венах. Андрей чуть отстранился и позволил себе замедлиться. Посмотреть на нее снова и запомнить каждое мгновение. То, как блестит в ночном свете ее мокрое тело, ее распахнутые глаза и затуманенный от желания взгляд, тонкие приоткрытые губы, рваное дыхание, когда он касается ее там, где хочет, как ощущается под пальцами гладкая кожа. Он любил в ней все: волосы, каждый дюйм тела, каждый взгляд, жест, запах. Андрей провел языком от ее плеча до ключиц, ощутил вкус соли и почувствовал, как она выгнулась навстречу и ее бедра столкнулись с его. – Пожалуйста, – взмолилась Мария, впившись пальцами в его спину, – пожалуйста, сейчас. Нет, он просто не мог и дальше этого выносить. Пальцы его руки зарылись в песок, а другой – сжались на ее талии. Если бы мог, он растянул это мгновение, но, казалось, минута промедления – и все закончится, даже не начавшись. Ее колени сжались по обе стороны от него, Мария снова потянулась вперед, ее рот приоткрылся, но она не успела выдохнуть ни слова. Он грубо вошел в нее – грубее и резче, чем собирался, и вместо них с ее губ сорвался стон облегчения. Его пробила дрожь. Так резко и сильно, что на мгновение он испугался, что потерял контроль над собственным телом. Но это было только начало. Когда он вошел в нее глубже, ослепляющая волна желания прокатилась от груди до пальцев ног так, что его рука едва не подогнулась. Андрей сжал челюсти, сдерживая грудной стон. Мария обвила руками его шею и вытянулась ему навстречу. Ее тихое, срывающееся на стоны дыхание у его щеки казалось ярче и реальнее всех остальных звуков. Их мокрые тела сталкивались каждый раз, когда снова и снова он входил в нее, не ускоряя темпа. Холодный песок царапал пальцы, собирался под ногтями и лип к коже, но Андрей едва это замечал. Ему казалось, его вены разорвет от мучительного напряжения. Пальцы Марии с такой силой впились в его плечи, что он не сомневался, что от них останутся синяки. Он был уверен, они будут и на ее бедре, когда сжал на нем руку, подталкивая ее вперед. Андрей ударился в нее с такой силой и разрушительным самозабвением, что потемнело в глазах. Все словно заволокло невидимой пеленой, вакуумом, перекрывающим все звуки вокруг, кроме их тяжелого дыхания. Мария прижалась к нему и задрожала, цепляясь за его волосы, спину, плечи. Он почувствовал, как падает, летит в невесомости, будто вдруг сорвался с большой высоты, а потом его вновь выбросило в реальность. Запахи, звуки, цвета – все в мгновение