— Вот увидит вас отец Флатис и начнет изгнание нечисти! А с ним еще и братья монахи… Вот что, господин! Вы к скале и не суйтесь даже, во дворе постойте. Мы сами дождемся гостей и поднимем их наверх. Там же и перекинемся с ними парой словечек, вразумим их чуток, чтобы не вздумали за оружие хвататься и молитвы читать. А ежели вы с нами пойдете, то мы и поздороваться не успеем, враз бойня начнется. Сами понимаете…

— Понимаю — согласился я — Понимаю. Но прятаться от них по углам не буду, в тени хорониться не стану! Нежить я или не нежить — здесь я хозяин! Вражды со святым отцом не ищу, но командовать ему здесь не позволю. Но да — ты предупреди его сразу, так будет лучше.

— И лучников расставлю в паре мест — зло буркнул Рикар — На всякий случай.

— Лишнее — поморщился я, проводя ладонью по оттаявшей щеке.

— Не лишнее! — отрезал великан — Руку на вас я никому поднять не позволю, господин! Пусть хоть самый главный друид сюда явится! То бишь священник! Эй! Литас! А ну как подойди, перекинемся парой словечек!

Принявшийся действовать Рикар широким шагом направился к Литасу, держащему лук с наложенной стрелой наготове. Из пристройки выскочила стройная фигурка Аллариссы, несущая письменные принадлежности. Жестом остановив ее в паре шагов от меня, я с глубоким вздохом принялся диктовать послание адресованное святому отцу Флатису. Девушка прилежно и быстро записывала, используя в качестве подложки книгу в кожаной обложке.

Юлить я не стал. Приветствие пропустил. С первых строк дал понять, что мы готовы принять людей, пояснил с какой стороны надо подойти к высокой гранитной скале и что надо опасаться в пути разведывательных шурдских отрядов кружащих вокруг нас как стервятники. И в самом конце не забыл упомянуть о том, что давно уже превратился в странную ходячую ледышку со страшными щупальцами и ореолом тьмы и ужаса. Скрывать я ничего не буду. Пусть священник примет решение заранее, до того как окажется в поселении.

Закончив говорить, я кивнул на удерживаемого Стефием глухаря, заодно обратив внимание, с какими смешанными чувствами на меня смотрит нескладный послушник. Ну да, он наверняка переживает, что как только отец Флатис заявится в гости, здесь сразу начнется бойня между Светом и Тьмой, если выражаться напыщенно и поэтично.

Убедившись, что свернутое и перевязанное послание надежно прикрепили к птичьей лапе, я развернулся и зашагал к защитной стене. Там, на ее вершине, я и подожду доброго отца Флатиса. Там и состоится наша первая беседа после долгой разлуки. В воздухе захлопали крылья, над моей головой пролетел набирающий высоту глухарь, спеша доставить послание. Интересно, когда птица выполнит свое поручение, отпустит ее добрый священник, либо же пустит на мясо?