— Сам ты б** наглый щенок! — не стал спускать я с рук такое оскорбление. — О**** так с людьми общаться?
— Молчать! Ты как разговариваешь со старшими? В милицию захотел?
— А нефиг обзываться, потому что.
— А не*** прыгать на сцене как козёл! Тогда никто ни кричать на тебя, ни обзываться не будет, — стал откровенно орать усатый, плюясь, как какой-то лось. — Ты не в цирке! И не в зоопарке!
— Чё те зоопарк-то не нравится? Едет, да спят. Ну цирк да… Эти дрессировки над животными… В общем спорная тема.
— Вот именно! — совершенно не понял меня Лосев и продолжил о своём: — Но ты прав! Прав на сто процентов, — вскочил с кресла. — Всё правильно ты сказал: тебе и твоим бандитам нужно выступать именно в цирке, — подбежал и заорал мне в лицо. — Там вы будите среди своих. Среди обезьян!
— О-о, и ты по этим стопам решил пойти.
— По каким «этим»?
— Да по стопам первого зама. Он тоже всё про обезьян твердил.
— А потому что ты обезьяна и есть! Вот он и твердил! Алексей Гаврилович, тебя сразу раскусил. Вот тебе и не понравилось. А ты обезьяна и есть! Понял, — и вновь заорал: — Обезьяна! И танцуете вы как обезьяны.
— Нормально мы танцуем.
— А я говорю, как обезьяны! Предки твои!
— Слышь, Лосев, я вот чего тебя спросить хочу, — решил поинтересоваться я у очередного псих больного: — Если, по нашей науке и согласно идеологии, человек произошёл от обезьяны, то что плохого в том, что мы поём и танцуем как наши предки? Это же получается консерватизм и уважение к традициям. Я думаю, нам просто необходимо реформировать всю систему вашего министерства, вернув всё на круги своя.
— Что ты бл** несёшь? Это не мы, это ты произошёл от обезьяны! Ты!
— А ты? Не от обезьяны? Считаешь, что наша материалистическая идеология не верна? Считаешь, что верно Библейское развитие человека? — ухмыльнулся я, глядя на ощерившегося усача, и решил добить: — А он? –протянул руку показав пальцем на портрет, висящий на стене, — Он тоже так считает? А в глаза ему об этом сказать сможешь? А ведь я с ним скоро встречаться буду. Обязательно расскажу и о тебе, и о веяньях, которые буквально витают в воздухе вашего министерства. Как думаешь: чего с тобой после этого будет?
— А… — открыл рот визави и покосившись на портрет Брежнева, побледнев, схватился за грудь.
— Б@#! Перебор! — прошептал я, поняв, чего натворил и моментально выскочил в коридор с криками: — Евсеев! Скорую! Срочно!
Глава 7
В чём-то Лосеву повезло, а именно — скорая была уже на месте, то есть у его шефа и часть бригады просто переместилось в соседний кабинет.
— Ужас какой, — потирая щёки, спросил Евсеев меня, наблюдая за работой медиков. — Что с ними происходит при разговоре с тобой?