— Ага. — улыбнулся я, и копьё в этот миг оторвалось от пола и зависло в воздухе, пред глазами ошалевшей девицы, — Бери. — указал я на копьё, и девчонка послушно, пусть и нерешительно, взяла левитирующее оружие в руки.

— Лёгкое… — поражённо произнесла сестричка, держа копьё двумя руками, словно боясь, что оно вот-вот упорхнёт в небо, или потяжелеет и упадёт на землю, — Но как, почему? — перевела она свой взгляд с оружия на меня. — Оно же… — сделал она пару пробных взмахов, — фактически невесомое.

— Я отменил его вес целиком. И сильно занизил массу для этого измерения, дабы снизить инерцию. У копья осталась только его сотая часть его изначального веса. Пользуйся, — усмехнулся я, а через мгновение мы уже были на мостовой средь потрёпанных домиков павшего города.

На голубом небе всё также было безоблачно, и всё также сияло «солнце».

— Но имей в виду, что так я могу только здесь. — решил я, что стоит об этом предупредить, глядя на девчушку, крепко держащей в руках оружие, словно сокровище павшего в бою любимого деда, — За пределами этого пространства масса копья вернётся целиком и полностью, да и о подобных перемещениях можно будет лишь мечтать. Ладно, харе болтать, начнём тренировку!

— Я так устала, что еле ноги передвигаю… — промямлила сестрёнка спустя четыре часа беготни по руинам города. — И вообще! Брат! Не пора ли нам домой⁈ Нас ведь родители потеряют!

— Время тут и там течёт по-разному, так что у нас тут с тобой есть ещё четыре дня, прежде чем там пройдёт четыре часа и придут родители.

— Что? — воскликнула сестрёнка, и от шока не устояла на ногах, плюхнувшись на камень задницей, — То есть как?

— А вот так. — пожал я плечами равнодушно, смотря в бесконечную даль.

— Погоди… так получается… сколько времени ты тут провёл, уходя каждый день как на работу… — и стала загибать пальчики, — месяц, два, десять, двенадцать… сколько? Сколько лет… ты…

— Много, — односложно ответил я, а сестра сглотнула ком.

— Тогда понятно, почему ты такой сильный. — пробурчала она куда-то в сторону, — Ты меня старше на… десять лет? Восемнадцать? На сколько?

— Это не важно. — помотал я головой.

— И почему ты… такой маленький тогда?

— Потому что возраст моего тела привязан к пространству на той стороне. — со вздохом ответил я. — Так что я, как и ты, не повзрослею тут и не постарею, сколько бы времени здесь ни провёл. И голода, кстати, тоже чувствовать не буду.

Сестра на этих словах задумалась и прислушалась к себе.

— И правда, за четыре часа я словно бы и не проголодалась вовсе!

— Правда это не значит, что нам совсем не надо есть — магическая энергия сама себя не восполнит.