И эта разница меж «почти профессионал» и «просто маленькая девочка» настолько очевидны, что… увидь кто её сейчас, сразу бы понял, что что-то с этой малюткой не так. Что-то… неправильное в ней до кончика ногтей. И эти острые углы и призвана сгладить моя тренировка. И потому ей и тяжело, что всё идёт, казалось бы, по накатанной, а потом хоба, и яма посреди шоссе. Да такая, в которую поместится автомобиль целиком! И выбраться из этой ямы, поймав утерянный ритм, ой как непросто.

Все же загруженные в куклу и ушедшие в подсознания навыки и личные навыки, добытые потом и кровью — не одно и то же! Загруженные навыки, это что-то, что делаются без мысли, без отчёта о действии! А потому, когда действие прерывается на середине, сознание не может даже представить, что нужно делать, чтобы продолжить с прерванного момента.

И это нужно исправлять! И я готов потратить на это годы, причём не здешние, а реальные. Ведь в будущем, я готов доверить ей свою спину! А значит — сестра должна стать идеальным бойцом, а не просто куклой, с определёнными запрограммированными навыками действий.

Но всё же, Лину я в кое-чём обманул — это место такое быстрое, по отношению к миру за пределами данного измерения, не потому, что оно такое само по себе, и типо все осколки так живут, с таким вот ускорением к нормальному. Нет, не в этом дело. Просто я так хочу.

Я хочу, чтобы тут и сейчас, у нас было много времени. Дни, недели, месяцы! И я делаю так, потому что хочу и могу. Ускоряю течения времени тут, в этих руинах, и замедляю там, где хранятся копья. Искривляю пространство по отношению к временной линии двух измерений в одном тайнике.

Здесь пройдут четыре дня, там — четыре минуты, в реальности — четыре часа. Якорем времени выступает наша квартира — иначе бы я давно заблудился, и не знал бы, быстрее тут время течёт, или медленнее. И я могу делать только так, изменяя ход течения времени в одном месте, по отношению к другому, ценою времени третьего.

Так что при желании, я могу ещё ускорить течение времени тут. Но в то же время, гуляя все прошедшие годы по осколкам, я далеко не всегда имел возможность ускорять или замедлять течение времени в них. Я не настолько стар и не настолько опытен, как она считает. По крайней мере с точки зрения этого тела. Я гулял по осколкам лет двадцать, а не много десятилетий, как сестрица считает, думая о разницы течения времени меж миром нормальным, и тем, что где-то по иную сторону стен.

Но, пожалуй, главное из того, что я ей не сказал — тут не только нет голода, но и любая рана не будет заживать. Именно по этой причине я выдал ей зачарованные доспехи, пусть и гоблинского уровня, и убрал любые железки и прочие острые предметы с округи. Тут нельзя просто посидеть и подождать, пока затянется ранка и остановится кровь. Тут всё вечно, и именно поэтому мне приходилось каждый раз выходить наружу, в квартиру, домой, чтобы там зализать свои раны, после очередного похода.