я не до конца понимаю, что делать и что говорить. Инквизитор усмехнулся. – Ваш бургомистр верно говорил: у нас правовое государство. Знаешь, какой девиз у инквизиции? – «Служить и защищать», – ответила я. Саброра кивнул. – Верно. Я давал присягу защищать от зла тех, кто нуждается в защите. Сейчас так получилось, что это ведьма. Ее обвинили в том, чего она не совершала, и едва не предали народной казни. Что мне следует делать? Я пожала плечами. Поезд летел среди полей, сгущались сумерки, и нам предстояло провести эту ночь в одном купе. Вряд ли Саброра выйдет в коридор и до рассвета будет курить в окошко. Мне вдруг сделалось холодно, и из-за холода проступил жар, прилил к щекам. – Отойти. Дать им сделать то, что они решили. Потому что я ведьма, – ответила я, понимая, что сейчас разревусь. В самую страшную минуту моей жизни появился человек, который за меня заступился, и это был инквизитор. – Ответ неверный, – произнес Саброра и едва заметно улыбнулся. Я вспомнила, что мне открылось, когда я смотрела в его глаза. Совсем недавно он был на моем месте, его била толпа, превращая кости в крошево, стремясь вколотить в мостовую того, кто убил дочку ведьмы. – Тебя надо было защитить, потому что ты нуждалась в помощи. Потому что ты ни в чем не виновата, тебя просто использовали. И теперь я буду искать ту, которая все это затеяла. – А я буду для вас кем-то вроде наживки? – уточнила я. Саброра утвердительно качнул головой. – В определенном смысле. Он протянул руку к булочкам с сахаром, повертел одну в пальцах и с недовольным видом положил на место. Я понимающе кивнула и поинтересовалась: – Как думаете, там для меня найдется работа? В Марнахене нужны кулинары? – Не сомневаюсь, – сказал Саброра. – На соседней с моим домом улице было кафе, попытаешь счастья там. На том и порешили. Проводник забрал посуду, а за окном тем временем окончательно стемнело. Поезд мягко летел во мраке, и я невольно задумалась: кто, интересно, смотрит из тьмы в наши озаренные светом окна? Может, та самая ведьма, которая затаила зло на Саброру и теперь летит за нами, строя новые планы? Саброра вышел из купе. Я воспользовалась этим, чтобы сунуться в свою сумку и переодеться в чистое. Инквизитор вернулся – на этот раз табаком не пахло. Закрыв дверь, он повернул защелку, приглушил свет ламп и принялся расстегивать рубашку. Я с ногами забралась на свою полку и судорожно стала вспоминать, каким заклинанием можно будет отбиваться, если он все-таки решит, что ведьма сможет расплатиться за его доброту лишь