томная сладость, что волосы начинали шевелиться на голове. Что ж, все это пойдет в дело. А потом, когда тарты испекутся, я займусь заготовками на завтра. – Марун сказал, что сегодня будут манго и ананасы, – сообщил Сандро. – И еще желтую питахайю привезет. – А мне сегодня доктор Пелегрини приснился, – угрюмо признался Лука. Он мариновал кусочки мяса с луком в белом пикантном соусе – собирался делать шашлык на шпажках. – Стоит, гадина такая, у моей кровати, глаза таращит… Ну вот какая досада, что и не пришьешь ему ничего! – Что ты собрался пришивать? – полюбопытствовал Сандро. Его стараниями «Белая цапля» сверкала чистотой, и сейчас он наводил последний блеск на десертную тарелку. Я всегда удивлялась тому, как быстро и ловко он со всем справлялся. – Да хоть бы истязания, – буркнул Лука. – Я ему на опыты не давался. Что-то, знаете, я давеча подумал, что тогда все и обошлось бы. В Марнахене народ не кровожадный, поорали бы, да и все. Сюда едут отдыхать, расслабляться, и местные такие же. Нет тут особенных любителей пускать кому-то кровь. Сандро согласно качнул головой. – Да, я обратил внимание. Даже пьяные не дерутся, а ведь это традиция. Опрокинул пинту пенного – дай кому-нибудь в рожу, ну и сам получи, конечно. Я была склонна с этим согласиться. Значит, доктор Пелегрини был подстрекателем. Неудивительно в общем-то: хороший психиатр умеет манипулировать людьми, он всегда найдет, на какие клавиши нажать, чтобы толпа, которая в целом не хотела кровопролития, бросилась бы рвать на части и жечь. Потом люди опомнились бы, пришли в себя и испытали невыносимый стыд, но это все потом, и это не вылечит обожженную руку Луки. – Дрянное дело, конечно, – вздохнул Сандро. – А вот на островах бокоры живут, и никто им в нос не тычет. Наоборот, имеют уважение. Бокор на всех праздниках – первый гость. Того бокора, который лечил меня, всегда везде приглашали, во главе стола сажали, уж на что наш капитан нос задирал от важности, а ему всегда кланялся. Ну и я потом кланялся, да пониже, что уж там. Он машинально дотронулся до живота, словно вспоминал ту крысу, которую бокор из него изгнал. Я выложила тестовые косички по краям пирогов и отправила три формы с тартами в духовку. На сегодня, пожалуй, этого хватит: гости к нам не торопились, над крышей то и дело прокатывался гром. Лука вздохнул. – Ты посмотри, как там живут на этих островах, – посоветовал он. – Ни врачей, ни лекарств. Бокор – единственное спасение. Выжил после этого ру из муки и крови – хорошо. Не выжил – ну так Бог