Начались паника, стрельба. Он смог вытащить вас и Итана Хатчиссона, но потом все рухнуло в желе, и Саброра уже никому ничем не мог помочь. Я только вздохнула. – Я ничего не помню, господин полицмейстер. Вообще ничего. Как звали ведьму, которая все это устроила? Торигроссо только руками развел. – Теперь поди знай! Заварили они кашу, конечно. – А что еще было делать? – спросила я едва слышно. – Утереться и уйти, потому что там растят ведьм для министерства обороны? Торигроссо понимающе усмехнулся. – Как хорошо, что иногда все можно свалить на ведьм, – так же тихо произнес он. – Министерские там сейчас носом землю роют, но желе – штука такая: кто в нее попал, тот уже не вылезет. Вернее, вылезет, конечно, но через триста лет. Никаких хвостов не осталось. – Уйдут ни с чем? – Вот именно. – Сколько еще таких «Убежищ» по стране… – вздохнула я. Торигроссо ободряюще похлопал меня по запястью своей тяжеленной ручищей. – Главное, что вы убрали то, которое было у нас под боком, – улыбнулся он. – Убрали быстро и чисто. – Нас ведь еще будут допрашивать, – сказала я, глядя Торигроссо в глаза. – Мы единственные выжившие свидетели. Торигроссо устало опустил веки. Вздохнул. – Разумеется, от вас так просто не отстанут. Но вы стойте на своем. У вас отлично получается. – Как там Энцо? – спросила я. – Как Итан Хатчиссон? – Живы, живы, – поспешил успокоить меня Торигроссо. – Энцо ранен, но доктор Анна говорит, что завтра отпустит его домой на долечивание. Вас тоже. «Домой», – повторила я. Завтра мы с Энцо вернемся в дом среди яблоневого сада, и начнется прежняя жизнь – спокойная, тихая, с черничными кексами и ракушками на берегу. Мы оба ее заслужили. – А Итан? – не отставала я. – Вы понимаете, кто он теперь? Торигроссо вздохнул, вновь сделавшись похожим на усталого рыжего бульдога, который хочет не отвечать на вопросы, а вздремнуть где-нибудь. – Ведьмак, да. – Он покачал головой и добавил: – Ничего с ним страшного не будет. Поедет в Марнахен после допросов министерства обороны, я его поселю на одной из полицейских квартир. Мы втроем сейчас состряпали и проговорили несколько раз отменную легенду, подкопаться не должны. Ну а ведьмак… что ведьмак? Станет жить дальше. И вы знаете, у меня такое чувство, что жена его все-таки заберет. Я не стала уточнять, почему он так решил, но подумала, что возвращение Итана Хатчиссона к бывшей супруге – это лучшее, что могло бы с ним случиться. Хотелось верить, что со мной и Энцо тоже все будет хорошо. Эта надежда – единственное, что у меня было. *