Слава потеряла концентрацию, разозлилась. Облик зверя начал брать верх, девушка подросла, частично покрылась шерстью, мускулатуры стало ещё больше, чем было до этого.
— Я тоже хочу быть там! — рыкнула Слава.
— Но ты здесь, — ответила Люда.
И ушла, оставив Славяну в одиночестве. Девушка зло рыкнула, выдохнула. Постаралась успокоиться, сконцентрироваться. Расслабиться не получалось, в голову вновь и вновь возвращались слова Люды. Шерсть исчезала с кожи, но через несколько секунд вновь возвращалась, даже больше и гуще, чем была до этого. Раз за разом Слава пробовала полностью вернуть человеческий облик, успокоив зверя, но ничего не выходило. На очередной попытке девушка вспылила и ударила кулаком в зеркало, пробив и стену.
Замерла, глядя на своё отражение в осколках. Застывшая на середине трансформация, получеловек, полузверь. Секунда, и шерсть начала исчезать, а за ней и пропорции тела возвращались к чистому человеческому облику.
В это время Люда уже вернулась в гостиную, где князь уговаривал Ядвигу.
— Пани, вы упомянули, что поёте. Не будете же вы отрицать свои слова?
Полька вздохнула.
— Нет.
— Ядвига, мы просим! — продолжал наседать князь.
Присутствующие, каждый на свой манер, поддержали эту просьбу. Полька взглядом выразила князю обещание отомстить за это, однако кивнула.
— Хорошо.
Все сразу затихли, демонстрируя предельное внимание. Люда спустилась к остальным, приняв бокал с вином и устроившись в свободном кресле. Ядвига прикрыла глаза и, сделав глубокий вдох, затянула:
— Matka mi powiedziała, Żebym nie kochała tego chłopca. I nie zapomnę chłopca, Będę cię kochać aż do śmierci…
Польский не был распространённым языком, так что смысл строк угадывался в лучшем случае через слово, однако это не имело значения. У Ядвиги открылся великолепный глубокий голос. Любой достаточно сильный маг при некоторых усилиях мог поставить себе голос, поэтому планка среднего уровня среди аристократии было довольно высока. Полька эту планку оставила далеко позади. Песня, лиричная, протяжная, расцветала игрой интонаций и звучанием.
Через пару минут, когда Ядвига умолкла, слушатели заполнили гостиную аплодисментами и искренними благодарностями. Даже холодная Ядвига не смогла сдержать улыбки, поклонившись всем вокруг.
В гостиную спустилась Слава, одевшая короткие шорты и облегающую майку. Самодовольно улыбнулась Люде, но всё равно выглядела слегка напряжённой.
— Дайте мне гитару! Я тоже хочу спеть! — поднялся Данко.
Михаил Мартен прикрыл глаза рукой.
— Кто позволил ему пить?
— Князь, следите за лошадьми, — добавил Вицлав.