Засохин кивнул.
— Да, это что-то меняет?
Я помассировал переносицу.
— Генерал, представьте, что у вас рота наркоманов, постоянно получающая новую дозу. Можно из них сделать нормальное подразделение?
— Нет, — коротко и чётко ответил военный.
— Только если приставить к каждому по офицеру, что днём и ночью будет следить за дисциплиной и выполнением приказов, — добавила Ира. — Что ты понял, Мартен?
Вздохнул.
— Я не уверен, но есть предположение. У нас здесь не просто куча случайно получившихся одержимых, а натуральный прорыв. С одного плана. Прорыв демонов, что кооперируются с той стороны. Поэтому вы не нашли старшего. Его в нашем мире нет.
Глава 15
Герат. Небо.
Сентябрь 1983
К телу прилегает армейский бронежилет, тяжёлый, неудобный, старый. Не с руки объяснять, что нужна мне эта поклажа, как свинье портянки. Принял, и оружие принял, строевой автомат почти без обвеса, только глушитель. От каски отказался, мешать будет. В нутре вертушки пахнет кровью, вчера стальная птица вытаскивала из города раненых, сегодня несёт нашу весёлую компанию обратно. Пахнет не только кровью. Порох, солярка, пот, даже что-то медицинское улавливается, но я замечаю именно кровь.
А внизу город с поднимающимися до неба столбами чёрного вязкого дыма. Если не присматриваться, то кажется, будто на улицах пусто. Живых нет, только мёртвые, разбросаны хаотично по дорогам и тротуарам, лежат на брошенных машинах. Кое-где тела висят на столбах, с высоты не разобрать, солдаты это, городовые или ещё какие-то люди, оказавшие сопротивление одержимым.
— Эй, наркоконтроль! Чего смурной такой? Неужели боишься? — окликает меня один из бойцов.
Я видел, как они переглядывались с Ирой. Проверяют меня. Боюсь ли я? Забавно. Мысли мои сейчас далеки от предстоящего боя, этого города, даже этого времени. Там, в том будущем, ничего этого не было. Моё вмешательство уже потянуло такое количество перемен? Или в том времени я банально не обратил внимание на творящийся здесь хаос? Да и откуда бы? Сколько горячих точек по колониям империи. Одной больше, одной меньше. Единственный шанс узнать конкретно об этих событиях — услышать от очевидца, того, кто побывал здесь сам или, у которого здесь повоевал знакомый. Империи стоят на крови. Кровь омывает стены, каждый день, каждый час. Империи стоят на крови и штыках. Сегодня я буду штыком, что прольёт кровь.
Улыбаюсь бойцу.
— Сколько служишь? — спрашиваю с выражением лица ветерана, обращающегося к зелёному рекруту.
Настолько сбиваю мужика с настроя, что он машинально отвечает:
— Да девятый год пошёл.