Хороший такой проход, сплетённый из паутины, позволял мне идти не пригибаясь. И всего через десяток шагов я наткнулся на местного обитателя. Паучок размером с добермана. Существо, заметив меня, тихо зашипело и поспешило убраться подальше, нырнув в незаметный отнорок. Да, отнорок, способный спрятать добермана, и «незаметный» — сочетание неочевидное, но для меня выглядело так, будто паук просто исчез в паутине. Ещё пара десятков метров и…
Я нашёл «лабораторию». Уже на входе стало понятно, что ни о какой современной химической лаборатории речи не идёт, здесь нечто иное, построенное на магии, но… Нда.
В относительно небольшой зале трудились паучки. Под потолком висели люди в коконах. Судя по виду — местные жители, полтора десятка. Мёртвые или лишённые сознания, и прямо в их телах паучки выращивали своих личинок. Вскрывали кожу и помещали яйца в тела, чтобы те развивались внутри человеческой плоти. Наркотик готовили из личинок, выбиравшихся наружу. Сами пауки и готовили, продолжая работу и не обращая на моё появление внимания.
— Ты пришёл меня спасти! — раздался девичий голос.
Резко оборачиваюсь, глядя на совершенно бесшумно спускающуюся с потолка… девушку. Когда-то она была девушкой, сейчас же настолько сроднилась с этими тварями, что… Шесть паучьих лапок из-за спины, вместо ног брюшко, из которого непрерывно сочится слизь, паутина и выпадают мелкие яйца, сразу собираемые крутящимися вокруг пауками. Тело покрыто мелкой белой «шерстью», и строение уже совсем не человеческое, видны движения хитинового каркаса. Относительно человеческим осталось только лицо, изменились глаза, пропали веки, да во рту были заметны клыки.
— Спасать? — чуть наклоняю голову. — Незаметно, чтобы тебя принуждали здесь оставаться.
Девушка будто смутилась.
— Я… Эм… меня зовут Олеся! — решила представиться.
Русская, язык точно родной. Черты лица слишком изменились, чтобы по ним судить о национальной принадлежности, но допускаю, что она русская.
— Меня зовут Куница, — представляюсь в ответ. — Чтобы тебя спасать, я должен понимать, что тебя удерживает, Олеся.
По телу девушки прополз паук, и Олеся погладила его своими когтистыми руками.
— Они. Относятся ко мне, как к королеве, но не подпускают и близко к выходу. Я пыталась! — девушка оживилась. — Чего только не пробовала! Пыталась их обмануть! Пыталась даже обивать! Бесполезно…
Она поникла, сделав несколько «шагов» к выходу. Тот мгновенно перекрыли зашипевшие паучки, сложив из своих тел стену.
— Я заперта здесь…
Несмотря на достаточно плотные эманации иных планов, сами по себе эти существа были слабыми, по моим меркам. Если здесь не прячется какой-нибудь особо хтоничной твари, присматривающей за кладкой, всё здесь уничтожить — для меня дело тройки заклинаний.