Любой сотрудник завода мог в любой момент (почти) покинуть территорию подземной мастерской, вот только назад попасть было невозможно.

Это и стало причиной её пленения.

В слободе её ждали.

Не успела Анна появиться, как в неё тут же прилетело мощнейшее заклинание.

И дажеТёмный щит , который она по привычке держала наготове, не смог ей помочь.Гранитный таран , врезавшись в грудь, отбросил её на холодный камень портального обелиска.

А следом на неё посыпались десятки стихийных ударов, которые, как оказалось позже, служили маскировкой ментальным плетениям.

В глазах троилось, в голове шумело, в тело вселилась неожиданная слабость, но Анна всё же нашла в себе силы пару раз взмахнуть мечом.

Кажется, кого-то она даже зацепила, но в ответ её правое предплечье захлестнула зачарованная цепь. Не прошло и минуты, как с трудом соображающую паладиншу спеленали словно младенца и надели на голову тёмный мешок.

— Ловко вы её, князь, — Анна не могла видеть лиц говоривших, но голос незнакомца ей сразу не понравился. — А где сам Пылаев?

Такие вкрадчивые голоса обычно или у мошенников, или у шнырей, оставалось понять, к какой категории относится незнакомец.

— Выйдет, — а вот этот голос Анна знала.

Князь Демидов собственной персоной… Неудивительно, что он сумел её подловить!

Злости на князя не было. Анна отлично понимала, что великие рода — это тот ещё клубок змей, для которых политические интересы подчас дороже чести. Правда, Демидов казался ей человеком чести…

— Выйдет, — повторил князь. — Рано или поздно. Оттуда нет другого выхода.

Голос Демидова был похож на падающие валуны — глухой, мощный и… недовольный?

Кажется, это уловила не только Анна.

— Полноте, князь! — залебезил первый. — Пылаев признан преступником! Вы лишь выполняете волю императрицы и Сената.

«Всё-таки, шнырь», — подумала Анна.

— Даже удивительно, как быстро было принято решение, — прогудел Демидов. — Обычно Сенат тянет до последнего.

— Тяжёлые времена требуют тяжёлых решений, князь, — голос шныря так и сочился патокой. — И от лица канцлера спешу заверить Вас, что мы очень ценим Ваше сотрудничество. Ведь злые языки во дворце поговаривали, что Вы на стороне мятежников.

— До сих пор не могу поверить, что Макс решил свергнуть императрицу, — вздохнул Демидов. — Это совершенно на него непохоже. Если бы не порталы, я бы лично наведался в столицу!

— И не говорите, князь, и не говорите, — поддакнул шнырь. — Увы, но всё портальное сообщение заблокировано указом императрицы.

— Прежде чем вы его заберёте, я бы хотел пообщаться с Максом.

— Мы не будем никого никуда забирать, князь. Мятежник будет казнён немедленно!