Не знаю, о чём она думала, но её аура сначала вскипела, а потом… превратилась в ледяной шар?

Я ожидал всякого. Что Виолетта обвинит меня в отравлении, что поднимет меня на смех, что, в конце концов, скажет, «Я люблю тебя, но как друга»… Но она лишь молча смотрела на меня.

Наверное, нужно было что-то сказать.

Хотя бы банальное «Я тебя люблю» или ещё что-нибудь подходящее моменту, но я тоже молчал. Любви, как таковой, между нами не было, и врать мне не хотелось.

Да, Виолетта была мне интересна, да, я её всерьез уважал, но такого, что «Люблю, не могу!» или какой-то дикой страсти — такого нет.

Пауза затягивалась.

И чем дальше, тем сильнее я начинал ощущать себя идиотом. Стою, как придурошный на одном колене, протягиваю вместо кольца клинок её родича и ещё на что-то надеюсь.

А на что, собственно говоря, я надеюсь?

— На благоприятный исход, — подсказал Виш, и я благодарно ему кивнул.

Виолетта же расценила мой кивок по-своему.

Она похлопала оленя на холке и тот послушно опустился на колени.

— Ты-то чьего киваешь? — протянула девушка, грациозно соскальзывая со своего транспортного средства. — И вообщье, как ты себье это представляешь?

— Что именно? — улыбнулся я, радуясь, как минимум, тому, что прошла эта некомфортная тишина. — Если ты про свой акцент, то он очень милый.

— Ты — барон, — жестко припечатала меня Виолетта. — Я — принцесса. Верньее, — тут же поправилась она, — корольева.

— Вообще-то я граф, — и не подумал обижаться я. — Но какая разница, какой у меня титул, если ты знаешь, какому роду я принадлежу?

— Аргумьент, — согласилась Виолетта. — Значьит, ты предльагаешь союз?

— Выборгская губерния, по большей части, принадлежит мне. Если мы с тобой придем к соглашению, то, глядишь, подомну под себя все княжество Финское.

— Но это не точно?

— Я же не князь, — усмехнулся я. — Пока что… В любом случае, экономика этих земель в моих руках.

— Значьит, союз?

— Оборонный, экономический и, в какой-то степени, политический.

— Интерьесное предложьение…

— Ещё немного, и оно аннулируется, — предупредил я. — Долго так стоять я не буду.

— А как же романтика? Льюбой другой на твоём местье сказал бы, что будьет ждьать вечно.

Я промолчал, но что-то в моих глазах дало Виолетте понять, что ещё чуть-чуть, и я действительно встану.

— Будьет непросто, Макс, — Виолетта взяла меня за руку и потянула к себе, помогая подняться с колена. — В Норвьегии тебя не примут.

— Разберемся, — заверил я девушку и, поддавшись импульсивному порыву, поцеловал её.

По телу пробежали искры, и меня бросило сначала в жар, а затем в холод. Не знаю, сколько длился наш поцелуй, а вместе с ним и эта свистопляска энергий, но я и не думал выпускать Виолетту из объятий.