— Думаю, Владимир Сергеевич, Вам интересно зачем я пригласил всех вас.

— Думаю, Макс Павлович, — Краснов отзеркалил мою улыбку, — мы догадываемся, зачем. Вопрос в другом, почему именно сейчас?

— Если бы я выслал приглашение в первые дни своего появления в губернии, боюсь, Вы бы его проигнорировали.

— Возможно, — Краснов переглянулся с супругой. — Но, тешу себя надеждой, что мы бы сумели отделить зерна от плевел.

— Вы говорите загадками, Владимир Сергеевич.

— В нашей ситуации будет неосмотрительно называть вещи своими именами, Макс Павлович.

— Вы про ссылку? — покивал я.

— Скорее, про её предпосылки.

— Понимаю… — протянул я, хотя, на самом деле, мало что понимал.

— Мне шестьдесят три года, Макс Павлович, — удивил меня Краснов. — Моим сыновьям свыше сорока. Моим внукам в районе двадцати, и у меня даже есть несколько правнуков.

— Достойно…

— К чему я это сказал? — Краснов посмотрел на камин. — Не знаю, зачем вы нас пригласили, но рассчитывать вы можете только на меня и сыновей. Я слишком рано понял, что семья — это величайшая ценность в жизни, поэтому мне и удалось её сохранить.

— И на меня, — добавила Краснова, проигнорировав недовольный взгляд мужа.

— Признаться, Владимир Сергеевич, я не совсем понимаю, к чему Вы клоните.

— Да бросьте, Макс Павлович, — Краснов посмотрел мне в глаза. — Вы хотите призвать нас на службу.

— Как думаешь, — хмыкнул Виш. — Кем он тебя считает, Пылаевым или Пожарским?

— Говоря, «Вы», Владимир Сергеевич, Вы имеете ввиду род Пылаевых?

Краснов улыбнулся и только хотел что-то сказать, как его перебила жена.

— Под «Вы» Владимир Сергеевич имеет ввиду Пожарских.

— Кха-кха! — от неожиданности Краснов зашелся кашлем, а его сыновья, не сговариваясь, посмотрели на мать.

— Да, — заявила Ольга Михайловна, — Пожарских! Мы с мужем сразу же поняли, что кто-то из наших сюзеренов вернулся из Первородного пламени, только не знали, кто именно. Но когда в губернии начала греметь фамилия Пылаев, мы начали готовиться.

— Очень смело, — протянул я, прикидывая про себя, кто из прислуги Немирова находится в особняке. По идее, только Вязовая, которая и накрывала на стол. — Но насколько я знаю, специальный циркуляр СИБ ещё никто не отменял.

Судя по выражению лица Краснова, он был точно такого же мнения.

— Надоело, Макс Павлович! — отмахнулась Краснова. — И так всю жизнь в страхе прожили.

— Думаете, СИБ пожалеет ваших внуков?

Над столом повисла тишина. Вопрос был жестокий, но я должен был его задать. Слишком уж настойчиво Красновы пытались увязать меня с Пожарскими.

— Не думаю, что это подстава, — протянул Виш. — Будь это провокация, они бы сами к тебе пришли. Скорее, дело в Клятве.