— Щедрый дар, князь, — хмыкнул Александр.

— Всегда мечтал увидеть родового духа Пылаевых, — признался Шуйский. — Полагаю, нам лучше наблюдать за ним издалека?

— Займите самые дальние трибуны, — подтвердил Камнев, с интересом рассматривая яблоко. — Скоро здесь будет жарко.

На то, чтобы освободить Колизей от раненных понадобилось ровно десять минут.

И только когда на арене и трибунах не осталось ни одного человека, не считая замерших на последних рядах Императора и главы СИБ, Камнев аккуратно откусил подаренное яблоко.

— Неплохо… — Император, прищурившись, наблюдал, как начинает сиять аура Камнева. — Хороши у вас яблоки, Алексей Петрович.

— Это было последнее, Ваше Величество, — вздохнул Шуйский, с интересом следя, как Дмитрий профессионально гоняет энергию по энергоканалам, добиваясь скорейшего восстановления формы.

— И не жаль?

— Одно яблоко в обмен на блокировку неразрушимого портала в другой мир? — уточнил Шуйский, — нет, не жаль. Даже если Макс не справится, и песьеголовые снова двинут в наш мир свои легионы, их ждёт горячая встреча. Особенно если саламандра Пылаевых действительно так хороша, как о ней говорят.

— Когда я видел её в последний раз, — улыбнулся Александр, — она была размером с императорский дворец.

Словно в ответ на его слова, Камнев властно взмахнул рукой, и Колизей затопило море огня.

— Р-р-р-р-р-а-а-а-а-а!

Рык пятнадцатиметрового огненного монстра разнёсся, казалось, по всей столице.

— Пойдёт, — довольно протянул Шуйский, наблюдая за тем, как саламандра клубочком сворачивается вокруг кровавой спирали. — Предлагаю дать Пожарскому сутки. Если не вернётся, обвешаем Камнева артефактами, вручим лепесток Огненной сферы и отправим следом.

— Это будет путь в один конец, — покачал головой Император. — Даже один лепесток Огненной сферы усилит саламандру до такой степени, что она сможет испепелить целый город, не говоря уже о портале. Обратной дороги не будет, князь… Я не могу так поступить С Пожарским и Пылаевым.

— Увы, Ваше Величество, — поджал губы Шуйский. — При всей моей симпатии к этим ребятам, Империя превыше всего. У нас и помимо песьеголовых уйма дел. Допрос Новикова, ответ островитянам, флот, война с Австро-Венгрией, в конце концов!

— Империя превыше всего, — поморщившись, подтвердил Император. — Но я должен Пожарскому. Он дважды спас мне жизнь.

— Мы не можем ждать вечно, Ваше Величество, — покачал головой Шуйский. — Раз портал нельзя уничтожить с нашей стороны, то это необходимо сделать с той. От этого зависит дальнейшее существование Империи.

— Я понимаю, — кивнул Император, не в силах сделать такой непростой выбор. — Но двадцать четыре часа — это слишком мало.