«Волга» въехала во двор. Я погасил фары и изо всех сил всматривался в темноту. Как назло, подъездные уличные лампочки не горели. Выкрутили, наверное, их и стыбрили.

И тут я увидел силуэт, который колупался возле светлых жигулей. Уже почти на выезде из двора. Я-то стоял в глубине, заехав с другого конца дома, и силуэт явно меня не замечал. Был увлечен возней с… шестеркой. Ну, да, точно, похоже на белую шаху. Совсем как у Анатоля…

Я пригляделся… Силуэт наклонился и делал какие-то манипуляции возле машины. Блин! Он что, колесо меняет? Нашел время среди ночи.

И тут дверь в мою машину распахнулась, и на заднее сиденье кто-то мягко юркнул. Я даже вздрогнул от неожиданности, рука дернулась к поясу, но глаза уже выцепили из темноты салона через лобовое зеркало знакомую фигуру.

— Привет! — громко прошептала Варя.

— Ты откуда? — тоже шепотом спросил я. — Я думал, ты за Рубилиным уехала.

— Вон он, Толечка, колесо меняет, — ткнула она пальчиком в светло-серую (какой она казалась в темноте) шестерку.

— А! Так это он? А что ты шепчешь? Нас все равно не слышно.

— Не знаю… На всякий случай.

Она прочистила горло, как будто возвращая этим себе голос.

— Повезло нам, — кивнул я, — что него колесо спустило.

— Дело не в везении, — Варя перелезла на переднее сиденье, бесцеремонно держась за мою шею и протискиваясь между спинками. — Я ему под колеса «ежиков» положила.

— Чего?..

Она достала из кармана россыпь металлических звёздочек — я узнал в них колющие фрагменты от колючей проволоки, нарезанные, очевидно, кусачками.

— Ха! Ну ты даешь! А как ты узнала, что именно сегодня надо ежей подкладывать?

— Я и не знала, я каждый вечер под колесо ловушку делала, а утром шипы убирала. Пораньше вставала, пока он спит. И так уже три дня подряд.

— Хитро, — одобрительно закивал я, Варя снова выросла в моих глазах, я даже начал прокручивать варианты, как взять ее в нашу группу, но быстро отмел эту мысль, ведь две тигрицы в одном логове не уживутся.– А почему мне не рассказала о своих планах?

— Ты бы ведь сказал, что это опасно и все такое, — пожала плечами девушка. — Приятно, конечно, что ты обо мне волнуешься.

Последнюю фразу она проговорила с теплотой в голосе. Немного излишней, будто мы были с ней старые друзья — или любовники.

— Работа такая, — хмыкнул я, переводя диалог в деловое русло.

— Смотри… — встрепенулась Варя, — Толя, похоже, закончил. Заводи машину.

— Рано, — я вглядывался в темноту.

Вот фигура Рубилина уложила что-то (скорее всего, насос) в багажник, вот подошла к водительской двери и скрылась в салоне авто. У шестерки загорелись фары.