— Не надо никуда заскакивать, вот, держи, — я всучил Семе бутылку коньяка.
— О-о! От души! Андрей Григорьевич!
— Тихо ты! Не называй меня по имени.
Кондейкин запоздало захлопнул рот и жестом изобразил застежку-молнию на губах.
— Силя! Ты дома? — барабанила уже в дверь Люська.
В ответ тишина. Спутница подергала ручку. Заперто.
— Может, дома нет? — растерянно пожала она плечами, виновато оглядываясь на меня.
Я разглядел, что скоба для навешивания замка свободно болтается на косяке, значит, заперто изнутри.
Тогда я поднялся по ступенькам, Люська посторонилась, пропуская меня вперед. Дернул ручку — и чуть не завалился. Дверь вдруг легко поддалась, открывая проход в полумрак дома.
— Странно, — округлила глаза спутница. — Только что закрыто было…
Она вытянула толстую шею, пытаясь заглянуть внутрь, но шагнуть вперед почему-то не решалась.
— Темно, как в могиле, прости господи, — прошептала она. — Белый день на дворе, а внутри — хоть глаз выколи…
— Но кто-то же нам открыл, — нахмурился я, разглядывая крючок, что болтался изнутри дверного проема.
— Силь… А Силь… — пролепетала спутница. — Это я, Людмилка Агапова. — Ты тута?
И снова в ответ тишина.
— Может, его убили? — прикрыла рот ладошкой Люська, будто сама испугалась своих слов.
— Что ты там такое каркаешь? — выглядывал из-за ее спины Сема, он не выдержал и тоже подошел к нам.
— Сейчас проверим, — распорядился я. — Стойте здесь.
Я шагнул внутрь, незаметно расстегнув под распущенной рубахой кобуру. Рука привычно легла на пояс, где висел пистолет. Черный зев дома проглотил меня, мрак окутал — ни зги не видно.
Напоминавшие плотную мешковину шторы задернуты наглухо, еще и ставни некоторых окон прикрыты.
Я сделал на ощупь несколько шагов, шаря рукой по стене в поисках выключателя, как вдруг почувствовал, что в меня уперлось что-то твердое. Даже через рубаху я ощутил холодок стали. Мне в грудь упирался ствол.
Глава 4
— Стой, а не то пальну! — раздался глухой голос из темноты.
Первой мыслью было отбить ствол в сторону и одновременно уйти вбок с линии огня. Но в распахнутую за моей спиной дверь пробился свет, и я разглядел силуэт человека с ружьем в руках. Похоже, это хозяин дома встречает так непрошенных гостей.
Я мигом подавил в себе «шерифа» и, притворившись мирным жителем, как в игре «Мафия», пробормотал, добавив в голос наигранного испуга:
— Сильвестр Велиарович, не стреляйте! Я не ворюга, я ваш коллега из города. Начинающий писатель.
— Врешь! — буркнул тот в ответ, отступив на шаг назад. — Начинающие на черных «Волгах» не ездят.
— Я не профессионал, я только учусь, а пока на заводе работаю. Уберите ружьишко, пожалуйста, я к вам за консультацией. По литературным делам, так сказать…