— Согласен, к делу не пришьем, а вот в качестве розыскной информации использовать можно. Для себя убедиться. И, может, еще на кинопленку заснять процесс и Зинченко показать. Мол, смотри, новый вид экспертизы провели, исследование запаховых следов называется. Вот, даже собачки тебя изобличили. Может сработать как психологический фактор. И кто знает. Может, и суд примет такую пленку в качестве доказательств, и, может, в будущем и вправду такая экспертиза появится. Используют же зверушек для разведки залежей полезных ископаемых и обнаружения утечки газа, отыскания наркотиков. Почему бы не применить служебных собак для идентификации запаховых следов человека? Мне кажется это перспективным.

В кабинете все притихли, но не восторженно, а в замешательстве — далековато что-то меня про будущее занесло. Но Горохов только сыто вздохнул и сказал:

— Петров, мне скоро всю группу придется разогнать. Оставлю тебя и Светлану Валерьевну, — при этих словах психологиня стрельнула в мою сторону глазками. — Вот так, товарищи, работать надо. Мыслить надо, так сказать, шире. Как Андрей Григорьевич.

* * *

В питомник кинологической службы УВД отправились в этот же день почти всей «делегацией» во главе с Гороховым. С собой дополнительно прихватили криминалиста Витю, вооруженного новенькой бытовой кинокамерой «ЛОМО-218». Новейшую модель, пленка в которой заряжалась при помощи кассеты, берегли и использовали лишь по особым случаям. До этого камеру применяли всего лишь два раза. Когда был день рождения у замполита и когда награждали начальника УВД медалью от Щелокова.

Питомник находился на окраине города. Построили его сравнительно недавно. Раньше собачатник ютился во дворике УВД и состоял разве что из пары вольеров и сторожки для готовки пищи. Теперь же отгрохали рядом с лесом целый собачий поселок. Вольеры в три ряда, теплый щенятник, кашеварня, кабинет ветеринара.

Начальник областного управления любил водить сюда различных проверяющих и прочие экскурсии. Служебный питомник был его гордостью и детищем. Сам он когда-то служил с «Мухтаром» на границе и сейчас привносил традиции служебного собаководства в МВД.

В этом времени разнообразия со служебными породами особого не наблюдалось. Были только немецкие овчарки всех мастей. Лохматые и, будто стриженные, рыжие и черные, приземистые и рослые. Это потом на службу такс и спаниелей возьмут. Именно для работы с запаховыми следами в пределах лаборатории. Нюх у таких «пигмеев» не хуже, чем у овчарки, а мелкие размеры лучше вписываются в специфику работы в помещениях.