— А это мысль… — Максим всерьез задумался, заламывая кисти, — это получается, как картотека следов рук и следов обуви, только вместо следов — описание объектов?
— Совершенно точно, — я объяснял бывалому эксперту азы работы с криминалистическими учетами, большинство из которых в этом времени еще не нашли своего распространения.
Еще два часа мы с ним проболтали, он в процессе умудрился разобрать микроскоп до основания так, что вместо прибора на столе образовалась гора деталей. Я даже стал опасаться за судьбу допотопного гаджета, не был уверен, что Мензурка сможет его собрать обратно. Но Максим справился, хотя дрожащие пальцы ему изрядно мешали. На работе он сегодня употребил мало, и его немного пробрал мандраж.
— Готово! — наконец, восторженно выдохнул эксперт.
— А это что? — нахмурился я, тыча в винтики и болтики, что остались лежать на столе нетронутыми.
— А не обращай внимание, — Максим смахнул их в мусорное ведро. — Это лишние детали остались.
— Ты уверен, что они лишние?
— Даже если нет, то я все равно ума не приложу, куда их воткнуть. Значит, в утиль. Да ты не переживай, у меня с этим микроскопом много раз уже так было. И ничего, работает…
— Ну-ну, — я скептически покачал головой. — Может, поэтому он однажды и сломался?
— Сломался не он,а линза треснула. Давай лучше волокна свои сюда. Смотреть будем. Только с тех убийств волокон у меня нет, но сравнить я все равно смогу. По памяти признаки помню, да и в копиях экспертиз описания есть.
— С богом, — выдохнул я и протянул ему спичечный коробок, в котором лежал кусочек пледа из багажника «Волги» Зинченко…
Глава 10
— Ну? — я топтался возле стола (над которым навис химик), как наседка вокруг цыплят, только что не кудахтал и крыльями не хлопал.
— Да не толкай меня, — шипел Максим. — Отойди на пару шагов, у меня аж глаз об окуляр ударился.
— Извини, я нечаянно, ну что там?
— Погоди ты… Я еще резкость не навел.
Я сделал над собой усилие, закусил удила и отошел к окошку, выглянув во внутренний дворик. Там проходил развод заступающих нарядов ППС. Комвзвода перед строем отчитывал какого-то сержантика. Махал руками и тыкал на его ноги. Судя по всему, предъявлял не начищенные до блеска обсидиана стоптанные ботинки. Не понял еще товарищ сержант, куда попал, и стрижка его кантик потеряла еще неделю назад, и брючки замяты. Нельзя так на службу заступать, честь мундира не только в делах, но во внешнем виде сотрудника отражается.
Разные эпохи пережил внешний вид сотрудника МВД. Было время, когда вообще носили разное, где как. При переходе из милицию в полицию государство наше решило, что менты форму старую не сносили еще, и, наряду с темно-синей образца 2013 года (от Юдашкина, между прочим), сотрудники ходили в стальных советских тонах.