Я вошел и поежился. Выстудил он кабинет. Не май месяц. Как еще психологиня не примерзла. Я украдкой бросил на нее взгляд. Она сидела за боковым столом у стены, зарывшись в какие-то бумажки.

— Никита Егорович, тут мне сорока на хвосте принесла, что Галина Павловна Зинченко, супруга нашего подозреваемого, видела его любовницу. Причем близко видела, как мы сейчас с вами стоим. Даже теснее. Вроде как, драку с ней даже затеяла.

— Во как? — Горохов торопливо затушил «Мальборо», дорогие и редкие сигареты, рубль за пачку сейчас примерно. — А ну-ка поподробнее давай. Мы же ее опрашивали. Сказала, что ничего не знает о похождениях мужа. Дескать, не было у него никого, кроме жены законной.

— Сын ее мне кое-что поведал. Мы с ним одноклассники. Я думаю, надо переопросить Галину Павловну. Теперь она покрывать муженька, возможно, не будет.

— Это почему? — прищурился Горохов.

— На развод она подала и из квартиры съехала.

— Это уже интересно, — Горохов достал еще одну сигарету. — Будешь?

— Бросил.

Следователь удивленно вскинул на меня бровь, но ничего по этому поводу не сказал и закурил вторую:

— Куда съехала?

— Этого я не сумел разузнать. Женька сам не в курсе, куда мать подевалась, но зато мы знаем, где она трудится.

— Отлично! Хорошая работа, Петров. Или как тебя здесь называют? Курсант. Кстати, а почему Курсант?

— Да я в школу милиции хотел поступать, но не срослось…

— Экзамены завалил? Бывает.

— Нет, ранение помешало.

— Ранение? — Горохов снова вскинул бровь, чуть поразмышлял, а потом сказал. — Ах, да, вспомнил. Я же личное дело твое читал. Там история с валютчиками была. Тебе даже вроде грамоту там дали какую-то, насколько я помню.

— Ага, — иронично кивнул я. — Благодарность… Только у меня просьба будет. Разрешите, я сам опрошу супругу Зинченко.

— Это почему? У нас есть для этого дела специальные люди. Сделают все в лучшем виде.

— Просто однажды ее уже пытались разговорить, и ничего не вышло. А я как одноклассник сына с ней поговорю. Не только как представитель власти. И потом, я Женьке обещал, что никто из милиции к его матери больше приставать не будет.

— А ты справишься?

— А что тут хитрого? Где, когда, с кем, зачем и почему? Вот главные вопросы. Плюс описание внешности, покажу фотографию убитой Соболевой. Может, она в ней сразу и узнает ту, которой космы дергала.

— Все правильно, — Горохов задумчиво поскреб затылок. — А ты точно школу милиции не закончил?

— В этой жизни — точно…

— А в другой? — хитро прищурился следователь.

— А другой у меня не было, — сразу нашелся я. — Это у буддистов реинкарнация. Хорошо им.