Наконец, дверь распахнулась, и на пороге появилась Света. Она вышла в коридор и, прикрыв за собой дверь, потихоньку проговорила, собрав нас в кружок.

— Личность она неоднозначная. Психика неустойчива. Морально-нравственные ориентиры хоть и четкие, но присущ циклотимный тип акцентуации характера.

— А по-русски, Светлана Валерьевна? — поморщился Горохов. — Я эти ваши научные ругательства не понимаю.

— Да, простите, мне так легче думать. Другими словами, сегодня она один человек, жизнерадостный и веселый, а завтра или через месяц, или через час даже — совсем другой. Депрессивный и злой. Причем смена настроения происходит без всяких видимых причин.

— Она что? — округлил глаза Катков. — Ненормальная? Ее в дурку надо.

— В психиатрии такой тип акцентуации не является отклонением, — задумчиво проговорила Ожегова. — Но это осложняет мне работу…

— Вы просто скажите, Светлана Валерьевна, — запыхтел Горохов. — Могла она в силу своих этих самых сдвигов убить Дубова.

— Теоретически могла, но не факт…

— Вот обрадовали, — Никита Егорович поскреб макушку и ослабил галстук. Хотел вытереть им лоб, но вовремя опомнился и выпустил его из рук. — А нам-то что прикажете делать? Отпускать?

— Пока да, — кивнула Света. — Тем более, оснований держать ее нет, не так ли?

— Да я и без вас это знаю, — вздохнул Горохов. — Отпустим. Под подписку о невыезде. Кстати, по обыску, что в ее квартире?

Это уже адресовалось мне.

— Я же вам говорил, Никита Егорович, утром еще провели. Ничего интересного. Ножи все с кухни изъяли. На экспертизе у Каткова сейчас.

— Алексей, — Горохов недовольно повернулся к криминалисту. — А ты чего молчишь? Ничего не хочешь мне рассказать?

— А что я? — попятился Катков. — Жду вашего постановления о назначении экспертизы. Без документа вскрывать упаковки не имею право.

— Тьфу ты! — Горохов даже отвернулся, будто и вправду собирался плюнуть на пол. — Откуда же ты такой правильный, Алеша? Мухой в лабораторию и сличай клинки ножей с повреждениями на одежде Дубова.

— У вас научился быть правильным, — оправдывался Катков. — А постановление-то будет?

— Иди уже! — замахнулся Горохов, грозя кулаком.

— Понял, не будет, пошел исследование проводить.

— Только ты там тщательно все посмотри, Алеша.

— Это конечно, Никита Егорович, но вы на результаты слишком надежд не возлагайте. Там только по общим признакам сравнивать можно клинки с повреждениями. Даже если совпадут, таких ножей уйма, что под совпадения подойдут. Да признаки неточные, плюс-минус километр, потому и называются — общие.

— Брысь!

Катков умчался в криминалистический отдел. А Горохов тихо меня спросил: