— Так ты и эти две тысячи не факт что заработаешь. — справедливо заметил Бадабум. — Где гарантии, что ты найдёшь потерянных квесторов? Нет её. А квесты это всегда квесты. Даже если не заработаешь кучу денег на них, то как минимум привлечёшь внимание зрителей и корпоратов. Работа на образ, так сказать. А следить за тем, как ты лазаешь по каким-то дебрям в поисках таких же неудачников, как ты сам — никому не интересно. Это скучно, понимаешь? И заниматься этим, и, тем более, следить за этим со стороны. Как раз для тебя, в общем, братец.

— Ну, скучным меня ещё не называли. — усмехнулся я, двигаясь лёгкой трусцой по тропинке и удаляясь от труб вдалеке.

— Какие твои годы! — легкомысленно ответил Бадабум. — Ещё и не таким назовут. Без обид, ты правда скучный, по крайней мере, в прошлый раз был таким. Первая вылазка у тебя прошла на ура — так на ура, что за второй следило уже целых семь человек. Вот только ты по моей просьбе начал следить за Астрид и это точно никого не впечатлило. Сейчас у тебя снова три зрителя.

И я, кажется, даже знаю, кто именно эти трое. Ну, как минимум двое — Бадабум и Астрид. Третий, наверное, Богдан, или, что вероятнее — один из его аналитиков, приставленный наблюдать за мной так же, как наблюдал за Динарой на моей первой вылазке.

— Так, а это ещё что? — вслух спросил я, выйдя на небольшой обрыв и заметив кучку тварей неподалёку, практически под ногами. — Это что-то новенькое.

Тварей было четыре — два байтера, спиттер, и какая-то новая, совершенно незнакомая. Она напоминала флаера, только в два раза больше, и с четырьмя крыльями вместо двух. Она висела над остальными тремя, покачивая длинным, свисающим почти до земли брюшком, из которого к тварям тянулись три тонких пульсирующих отростка. Тварь то ли кормилась из монстров, то ли наоборот — кормила их, и выглядело это жутко и мерзко.

— Что за новость? — спросил я вслух, не спеша приближаться. — Что за летучка?

— А, это кукольник. — беспечно ответил Бадабум. — Ну, мы его так зовём. Яйцеголовые, конечно, свои названия всем дают, но по-простому это кукольник.

— И что он делает с тварями?

— А это, братец, самое интересное. Он их накачивает продуктами своей жизнедеятельности, из-за чего они ему подчиняются, служат ему как бы личной охраной. И эти же продукты жизнедеятельности делают их практически неуязвимыми.

— Это как? — не понял я. — У них подкожная броня появляется, что ли?

— Ну не броня, конечно… Просто кукольник вводит им всякие боевые гормоны, из-за которых они не чувствуют боли и повреждений. Почти как после Экватора… только ещё сильнее. Пост-экваторную тварь у тебя ещё есть шансы заставить передумать нападать, а вот ту, что привязана к кукольнику — уже нет.