— Издеваешься? — округлил глаза Леха. — Хочешь, чтобы какой-нибудь майор мне сгоряча хозяйство открутил?

— Майоры, они такие… — хохотнул я, и не думая спорить.

Крыть действительно было нечем: юные красавицы здесь находились под неусыпным присмотром мам, симпатичные мамы — под приглядом пап, а в разряд одиноких отдыхающих попадали исключительно дамы предпенсионного возраста.

— Чё ты лыбишься? — возмутился парень. — Блин, с тобой и в кабаке ни с кем толком не познакомишься! Можно и не подходить, так и так отошьют! От тебя даже фанатки «Сумерек» шарахаются! Они-то, дуры, телевизора насмотревшись, о гламурных вампирчиках мечтают, а тут — оба-на! — натуральный упырь и разрыв шаблона! Лысый, да еще и бледный как смерть!

— Знаешь, Леха, вот чья бы корова мычала, — выразительно глянул я на приятеля и потер правое предплечье, на котором лишь благодаря свежему загару бесцветно-белыми линиями выделялись замысловатые символы: выгоревшие, блеклые, непонятные. То ли татуировки, то ли шрамы — так сразу и не разобрать. На самом деле всего понемногу.

— У меня наколки армейские. Здесь с такими, считай, половина, — поморщился парень, который лишь благодаря содействию моих нынешних работодателей из своего пятнадцатилетнего срока отмотал всего три года. — И хватит зубы заговаривать! Едем в кабак?

— Нет, сидим, морем любуемся.

— Блин, мы им уже вторую неделю любуемся! Оно у меня в печенках уже! — не выдержал Алексей. — А еще три месяца впереди! И что, каждый день на этот пляж таскаться будем?

— А почему бы и нет? Мне здесь нравится.

Море успокаивало. Позволяло забыть о стране вечной стужи, снега и ветра. Плеском волн подбадривало и тихонько нашептывало: «Ты выбрался!.. Ты выбрался!.. Ты выбрался!..»

И сразу отступала хандра. А если к шуму прибоя добавлялся алкоголь…

— Нравится ему! — завелся парень. — А наш пляж тебя чем не устраивает? Почему то же самое пиво мы на фээсбэшном пляже попить не можем? Я по горам вверх-вниз задолбался сюда таскаться уже! Тебе ж не судьба трамвайчика подождать!

— Во-первых, не трамвайчика, а фуникулера.

— Один хрен.

— Во-вторых, пешие прогулки тебе точно не помешают, хоть жирок растрясешь.

— Очень смешно!

— На то и расчет. — Я приложился к стаканчику и умиротворенно огляделся по сторонам. — А в-третьих, контора из меня круглый год кровь пьет, хоть в отпуске от них отдохну.

— Чего⁈ — Как раз хлебнувший пива Леха аж поперхнулся. — Кто из кого кровь пьет⁈ Да тебя там все ненавидят просто!

— Серьезно?

— А сам как думаешь? Вот кто тебя просил на обычном марш-броске свободную группу с пейнтбольными маркерами в засаду сажать?