всхлипнула.— Я не хочу его потерять.— Ты не потеряешь брата, если будешь мудрой.— А если она заберёт его?— Никто не забирает того, кто помнит свой долг.Кайран резко толкнул дверь.Та распахнулась.Сольвей вскочила.Глаза мокрые.Руки у груди.Эйвора сидела у окна с вышивкой в руках.Спокойная, как зимний пейзаж.— Кайран, — сказала она. — Мы не слышали ваших шагов.Лада подумала: конечно не слышали. Они были слишком заняты тем, чтобы их услышали правильно.Сольвей побледнела.— Брат...Кайран вошёл.— О каком долге речь?Сольвей опустила глаза.— Ни о каком.Эйвора вздохнула.— Дорогой, Сольвей просто волнуется. Дом изменился. Для всех нас.— Дом должен был измениться, когда я женился.— Разумеется.— Тогда почему моя жена слышит разговоры о том, что может кого-то забрать?Сольвей вскинула голову.— Я не это имела в виду!Слёзы появились мгновенно.Великолепно.Лада даже мысленно поаплодировала бы, если бы не было так неприятно.Кайран сжал челюсть.Он явно не любил женские слёзы.Не потому что презирал.Потому что был к ним уязвим.А Сольвей это знала.Эйвора тоже.Лада сделала шаг вперёд.— Сольвей, — сказала она спокойно. — Если вас утешит, я никого не собираюсь забирать.Девушка посмотрела на неё с дрожащими губами.— Вы смеётесь надо мной.— Нет. Когда я смеюсь, это заметнее.— Тогда почему вы так говорите?— Потому что ваш брат — не пирог с яблоками, чтобы его можно было унести со стола.Кайран медленно повернул к ней голову.Эйвора застыла.Сольвей заморгала.— Что?— Мужчина, — продолжила Лада, — особенно такой большой, обычно сам решает, где ему стоять, с кем говорить и кому позволять портить себе завтрак.У Кайрана лицо стало совершенно непроницаемым.Но глаза...О, глаза смеялись.Сольвей растерялась.Её слёзы на секунду потеряли направление.— Я просто люблю брата.— Это прекрасно.— Вы не понимаете!— Возможно. Но я понимаю другое. Любовь не должна требовать, чтобы все остальные ходили вокруг неё босиком и на цыпочках.В комнате стало холоднее.И не из-за сквозняка.Эйвора отложила вышивку.— Лада, вы говорите резко.— Да.— Сольвей очень чувствительна.— Я заметила.— Ей нужно время.— Нам всем нужно время.Лада посмотрела прямо на девушку.— Я не ваш враг, Сольвей. Но я не стану изображать злодейку только потому, что вам удобно плакать на моём фоне.Сольвей побледнела так, что голубые глаза стали почти прозрачными.— Я никогда...— Не сегодня, — сказал Кайран.Его голос оборвал сцену, как нож режет верёвку.Сольвей вздрогнула.— Брат...— Не сегодня.Она закрыла рот.Эйвора поднялась.— Думаю, всем нам стоит отдохнуть.Лада