— Вы намерены получить финансирование на миллион двести, продавая завезённые с планет Герума товары. Растянуть удовольствие на полтора-два года. Без предоплаты поставщику и не рассчитываясь с поставщиком за полученное. Странно, не правда ли? Таможенный надзор космопорта уже через полгода, самое позднее, заинтересуется схемой и стуканёт в налоговую полицию. Вас порвут.

— Что скажешь, госпожа директор? Забей в смету сухарики. Буду носить тебе передачи в камеру, — ввернул Макс. Он не добавил главного: шумиха, просочившаяся в СМИ, непременно будет замечена киборгом Содружества, как следствие вызовет некоторое неудовольствие в галактических высях, чего хозяева Герума стремятся без особой нужды не допускать.

Крылатый домашний кот, почувствовав негатив хозяйки, препротивно взвизгнул.

В квартирке Каис было хотя бы прибрано, а не как в прошлый раз, будто девушка готовила декорации для съёмки сцены «гестапо ищет подпольную типографию белорусских партизан».

— Надо доложить в представительство анки, — пролепетала несостоявшаяся бизнес-леди.

— Сам доложу. Заканчивай регистрацию фирмы. Но не высовывайся раньше времени, если хочешь уцелеть и не вернуться в тюрьму на Примул-8.

На улице, когда сели в машину с надписью «Лайсвес Орас» на двери, громила признался:

— Лажа полная. Думал — межпланетная цивилизация, искусственный интеллект. Всё круто и чётко.

— А там как всегда и везде, — продолжил за него Макс. — Пойми. У них реально круто. Просто Крион на сто пятисотом месте по приоритетности. Хоть вроде и фронтир, и передний край обороны против вторжения врага. Ему ресурсы даются по остаточному принципу. Персонал набирают уровня компетентности Каис, обычной уголовницы, выдернутой с зоны.

— Но ты же — не дебил, — сделал комплимент мордоворот.

— Слушай, я уверен, в известной части галактики живут миллионы специалистов, которые умнее и лучше подготовлены. Но анки жмутся. Меня наняли, подловив момент, когда мать моих детей умирала от тяжкой болезни. Подписывайся на задание, парень, или она сдохнет. Возможно, и дети, потому что хворь передаётся по наследству. Пообещали премию. Мизерную. Я на своей планете одно время больше зарабатывал. Наша Сталс рядом с анки — образец щедрости.

Трое спутников заулыбались, правда самый здоровый — только уголком рта. Видимо, анатомически не приспособленного для выражения позитивных чувств.

— Что дальше? — прогудел он.

— Дальше — ИБД. Изображение бурной деятельности. Раскрываю самую страшную тайну. Я прикинул, а ИИ Герума подтвердил, что задача решается не разрушением климатических станций, а одним только нанесением на теплообменники термоизолирующей пены. На каждый потребуется до десятка бочек. Первыми глушим станции около Сахамиса и Меделиса. Не полностью, иначе реактор может вырубиться, гробить те анклавы не обязательно. Но вы сами знаете, основная масса народу на планете — против изменений.