— А что такое? Мир же с ними, — удивился я.

— Какой там мир! — махнул рукой драгун. — Шалят панове, наберут головорезов и айда озорничать. Никакого уважения к чужому государству. Сюда забредают целыми шайками, тащат все, что не приколочено. Ну, а мы в седло, значит, и в погоню. Иной раз чуть ли не по всей Польше за ними скачем.

— А они за вами?

— И такое бывает, — не стал отрицать драгун. — Токмо к нам помощь быстро подоспеет. Окружим шайку, главарей выбьем, а остальные тут же пощады запросют.

— Как хоть тебе здесь живется?

— Да как всем. Жить ведь в любом месте можно, главное, чтобы башка на плечах была. Ежели у человека промеж ушей не сквозняк свищет, он всюду устроится. Гляди на меня — кем я был раньше? Ванька Сиволапый из деревни Большие Поганки, отруби да выбрось.

— А теперь ты кто?

— А таперича я в капралы выбился, а штоб с казенного харча голодом не пухнуть — торговлю на пару с сударышкой наладил. Оно и к лучшему обернулось.

Драгун снова разлил спиртное по бокалам. Я решил перейти к главному:

— Ты мою беду знаешь. Помоги, пожалуйста, друзей выручить.

— Отчего ж не помочь соотечественнику? Помогу, чем в силах будет. Токмо сразу предупреждаю: непростое дело ты затеял, барин.

— Это я понимаю, но парней все равно надо спасать.

— Молодец, что в беде не оставляешь, — одобрительно отозвался драгун. — Не кажный на такое решится. За это тебе от меня и уважение будет. Но прежде, чем голову твою подставлять, я чуток расскажу, что у нас деется с дезертирами. Сам понимаешь, в Пруссии армия, как кафтан у нищего, из лоскутков собрана. Оттуда отщипнули, там оторвали, а потом вместе пришили, да так крепко — не оторвешь. А все потому, что на «орднунге», сиречь порядке, держится. Кругом один регламент, мочиться и то по нему ходим. Нарушил — на первый раз капрал тебе палок всыплет, еще нарушил — через строй пройдешь, калекой останешься. За порядком офицеры следят, а они все тут держиморды известные, привычные еще с детских лет крепостных в бараний рог крутить. А когда офицер далеко, тут уж наш брат, унтер, старается. Палка без дела не пропадает. Понятно, что некоторым солдатам от житухи такой в бега податься хочется, но и тута у пруссаков все продумано. Ежели сбежит кто из полку, так за ним охота цельная устраивается: колокола по всей округе бьют и команда особая во главе с офицером в погоню снаряжается. Как догонют — пожалеешь, что на свет появился. Хорошо, ежели на месте кончат.

— Это мне понятно. Попадаться не собираемся. Главное, друзей вызволить, а потом мы как-нибудь оторвемся. Не впервой, — заверил я.