— Дима, заткнись! — Следом за брюнетом в коридор выбралась растрёпанная и очень злая мелкая брюнетка, вцепившаяся в браслет на запястье. — Это теракт! Матушка линчует каждого, кто это допустил!..

— Я вижу, Лиза, прекрасно вижу! — огрызнулся брюнет, наблюдая за тем, как в коридор высыпают Виктор, Эльза и ещё прорва аристократов. Не только молодёжь — были тут и взрослые, и дети. Провожающие своих отпрысков в академию, или просто оказавшиеся здесь по несчастливой случайности. — Держись за что-то!

Его предупреждение оказалось весьма своевременным: поезд всё-таки не удержался, и, кренясь ещё сильнее, окончательно слетел с путей, начав уходить в сторону.

Тяжёлые вагоны аристократии, сцепившись буферами, пока не переворачивались, но это всего лишь вопрос времени.

От ухода в кювет нас уже ничего спасти не могло.

«Гравитация, бессердечная ты сука!» — пронеслась в голове мысль одновременно с тем, как паникующие люди начали заваливаться обратно в свои купе.

Стены стремились занять место полов, а коридор стремительно превращался в Ад.

Аристократы, совсем недавно представляющие собой «цвет нации», теперь визжали, толкались, пытались выбить окна или забиться в угол — кто на что горазд. Лишь немногие вооружились катализаторами, с трудом удерживая равновесие и прислушиваясь к пальбе. Грохотало снаружи и, кажется, в стороне «бедных» вагонов.

Одиночные залпы, взрывы, длинные очереди со странным электрическим свистом — что вообще из себя представляли военные в этом мире? Я не знал. Не мог знать, потому как не успевал впихнуть в голову всё необходимое.

Вероятность того, что Его Величество Случай столкнёт меня лоб-в-лоб с террористами или диверсантами была настолько мала, что я её даже не рассматривал.

«Постфактум — зря. Но потом об этом».

— Алисия, — я встряхнул девушку. — Вставай на ноги. Я не могу держать тебя вечно. Слышишь?

— Д-да, прости… — Алисия, вдохнув шумно, попыталась встать. С переменным успехом: ей приходилось держаться за меня, потому что наш вагон уже накренился градусов на сорок, и вот-вот должен был просто рухнуть на бок.

— Лазарь! — Дмитрий окликнул меня, глядя за тем, как самые отчаянные люди выбивают стёкла и на ходу выпрыгивают наружу. Но его взгляд нет-нет, да падал на мои металлические жгуты. — Если нападающие продвигаются от вагонов черни, то тут скоро станет жарко!

— Твои предложения? — я обернулся к парню. — Выходить на улицу нельзя. Лес, темнота. Нас перестреляют, как куропаток…

Брюнетка, та, которую Дмитрий назвал Лизой, оскалилась:

— Предлагаешь сидеть и ждать, пока нас всех вырежут⁈