Хмыкнув, я бросил взгляд на часы. Время — без двадцати пять. Время ещё есть, но если отложу на потом, то, во-первых, те, кто меня вызвал, могут проявить недовольство, а во-вторых — я не смогу нормально поужинать.

— Ну, не долго я радовался «окну» без важных дел, — пробормотал я себе под нос, убрав телефон в карман и двинувшись по переплетению почти пустых в воскресный день лестниц.

Несмотря на начавшуюся деятельность клубов, основная масса студентов всё равно предпочитала в такие дни отдыхать.

Так или иначе, но к искомому кабинету я прибыл спустя десять минут. Отметил про себя, что тут табличка бронзовая, в отличие от обычных кабинетов, постучал и, дождавшись пригласительного «Войдите!», открыл дверь и переступил порог.

Внутри меня ждали трое человек из профессорского состава, из которых знакомы мне были только двое.

Первый — профессор Коваль, в помещении избавившийся от шляпы-котелка, сидел во главе стола. Слева от него расположилась профессор Мора — прямая, как жердь, и с лицом, выражающим что-то среднее между усталостью и недовольством.

Ну а справа сидел незнакомый мне преподаватель — сухой, подтянутый мужчина в строгом костюме и со внимательными серыми глазами.

— Господин Лазарь, — Мора кивнула на свободный стул напротив. — Присаживайтесь. В свете последних событий сразу предупреждаю: это не выговор и не дисциплинарное взыскание. Можете расслабиться и не сканировать так кабинет взглядом.

«Расслабиться? Нет уж, больно внушительный собрался состав».

— Профессор Коваль, профессор Мора, — я по очереди кивнул обоим, подойдя к стулу. Перевёл взгляд на третьего. — С вами, прошу прощения, не имел чести быть знакомым…

— Профессор Лидали, — представился мужчина. — Кафедра педагогики. Рад знакомству.

— Взаимно, — машинально отозвался я, чувствуя, как внутри зашевелилось любопытство. О кафедре педагогики при Первой Академии я до сих пор и не слышал даже.

Коваль, сложив руки перед собой на столе, взял слово первым.

— Господин Лазарь, после вашего выступления на фестивале я принял решение, которое, надеюсь, вы сочтёте приемлемым для себя. Я хочу предложить вам должность ассистента на некоторых моих практических занятиях, потому как вы показали не только выдающиеся навыки в материализации, но и способность доходчиво объяснять материал. А это, поверьте моему опыту, редкость.

Он замолчал, ожидая моей реакции. Я не стал задавать встречные вопросы — просто кивнул, дав понять, что я готов слушать дальше.

— Взамен, после небольшого экзамена, который в вашем случае будет носить сугубо формальный характер, я готов освободить вас от обязательного посещения лекций и практических занятий по моему предмету. Нет никакого смысла держать вас среди тех, кто только осваивает базу. Вы её уже переросли.